И вот, в тишине кабинета, раздался короткий вибрирующий звонок. Пашков медленно поднял трубку, не произнося ни слова.
— Всё прошло, как вы и планировали, — раздался уверенный голос на другом конце. — Никита одержал победу. Рысь… сдался.
Уголки губ Пашкова дрогнули в едва заметной улыбке.
— Отлично, — сухо проговорил он, не выказывая ни радости, ни удивления. — Соедините нас по видео.
Он положил трубку и внимательно посмотрел на дверь, за которой уже стоял человек, которого он вызвал. Несколько мгновений спустя, та плавно открылась, и в кабинет вошёл человек с планшетом. Он отдал планшет ему в руки, на экране уже было видно Дмитрия Орлова, которого все называли Рысь. Он был ещё в спортивной куртке, но его лицо было спокойно, как будто он только что вернулся с обычной тренировки, а не с боя, от которого зависела его репутация.
— Садись.
Рысь кивнул и уселся, его взгляд был направлен прямо на Пашкова, но глаза оставались холодными и спокойными, словно он знал, что ему предстоит услышать.
— Ты знаешь, почему я с тобой связался? — спросил хозяин, скрестив руки на груди и слегка подаваясь вперёд.
— Думаю, догадываюсь, — Рысь сохранил нейтральное выражение лица. — Ты хочешь обсудить бой.
— Именно так. — Ты сдался, когда мог выиграть. Почему?
Рысь не спешил с ответом, понимая, что за каждым его словом последуют выводы. Наконец, он спокойно произнёс:
— В этот раз я проиграл по собственной воле. Было нужно проиграть, чтобы выиграть в будущем. Возможно, не мне, но…
Пашков прищурил глаза, изучая собеседника. Ему нравилась хитрость Рыси, его способность видеть дальше сегодняшнего дня. Но всё же этого было мало, чтобы доверять ему полностью.
— Мне не нужны твои философские рассуждения, — Пашков говорил мягко, но в его тоне сквозила скрытая угроза. — Я хочу знать, что тебя заставило сделать этот шаг. Никита? Алиса? Или что-то ещё?
Рысь чуть прищурился, его лицо оставалось непроницаемым. Он не понимал, насколько много знает уральский авторитет, и не хотел играть по его правилам.
— Пусть это останется моим делом. Важно только то, что это был мой выбор.
Пашков некоторое время молчал, рассматривая собеседника, будто пытался прочитать его мысли. Затем он медленно кивнул, словно принял решение.
— Ладно, — сказал он, немного расслабляясь в кресле. — Никита талантлив, и его победа может сыграть на руку не только ему, но и нам. Я вижу в этом определённые перспективы. И если он действительно окажется тем, кого стоит поддержать… возможно, ему повезёт.
Рысь слушал внимательно, не показывая своих эмоций. Он понимал, что Пашков не просто криминальный авторитет — он человек, способный использовать любой ресурс, если это принесёт ему выгоду.
— Если ты решил играть в долгую игру, — продолжил Пашков, — то помни: твои действия будут иметь последствия для всех. Никита может не знать, кто его союзники, но он должен знать, кто его враги. И ты, как никто другой, можешь помочь ему это понять.
Рысь молчал, осмысливая слова. Всё, что происходило сейчас, было частью большой игры, в которой Никита был лишь пешкой, даже не подозревая об этом.
— Я понял, — коротко ответил он, вставая из кресла. — Я сделаю всё, что потребуется, чтобы Никита выбрал правильный путь.
Пашков одобрительно кивнул.
— Тогда иди. И помни, что на кону не только его жизнь, но и твоё будущее, — добавил он с лёгкой улыбкой, намекая на последствия, если Рысь вдруг решит выйти за рамки игры.
Рысь кивнул и, не говоря больше ни слова, отключил видеозвонок, оставив Пашкова наедине с его мыслями.
Он некоторое время сидел молча, а затем снова взял трубку телефона.
— Соедините меня с Москвой, — тихо сказал он, и его голос прозвучал, как удар молота в тишине кабинета. Игра началась.
Глава 24. Здоровье Алисы
Алиса стояла у окна своей спальни, опираясь на костыли. За окном шёл мелкий дождь, капли стекали по стеклу, словно отражая её внутреннее состояние — печаль, страх и неуверенность. Она только что вернулась из больницы, и дом, который всегда казался таким родным и уютным, теперь казался ей чужим и холодным.