– Прости, приятель, но не сегодня. – Лицо Райнхарда исказил победный оскал. Уцелевший глаз тролля распахнулся от ужаса.
Даже не успев дернуться, чудище словно заиндевело, покрывшись сеточкой белого налета, а после в миг превратилось в скалу. Теперь уже настоящую и вечную.
– Ничего личного, приятель. Но отдать душу бездне я еще не готов. – Райнхард выполз из-под каменного изваяния. Край рубахи остался висеть, сжатый в каменном кулаке.
Подниматься стихийник не спешил: оторвав кусок материи, обтер лицо и шею уставился на тролля. Давно он не видел этих тварей, ведь они живут глубоко под землей, на свет никогда не выходят, так как он для них губителен. Небольшой лучик света превращает в камень, вернее кажется, что в камень на самом деле погружает в долгий, а когда и вечный сон.
И какого же Безымянного этот здоровяк оказался в здешних землях? Загадка, но явно указывающая, что это всё неспроста.
Ковыляя, Райнхард вернулся на тракт, подобрал меч и чакру и устало побрел в сторону замка, даже боясь представить, как он выглядит. Избитый, полураздетый, в засохших разводах крови. Хотелось надеяться, что хозяева не сильно впечатлительные.
У кромки леса, что примыкал к Оленьему замку, альх наконец нагнал Альтаффа и сидящего на нем Плута, морда которого выражала искреннее раскаяние. Фамильяр даже язвительных комментариев не вставил, когда увидел, в каком состоянии пребывает мужчина.
– Хозяин, как я рад, что вы целы! Я знал, что вы его одолеете!
Райнхард молча сжал в кулаке кварц и заставил Плута убраться с глаз долой. Сам же не спеша направился к воротам, всё же надеясь на горячую кадку с водой, сытный обед, лекаря и радушие. Но судьба – как злодейка: ты ей подставляешь одну щеку, а она бьет наотмашь по другой. Подходя к небольшой площади с невысоким помостом, вокруг которого собралось немало челяди, даже не обратившие внимание на незваного гостя он увидел… её.
Нет, сначала не поверил, тряхнул головой и зажмурился. Всё-таки та, что сидела на возвышении рядом с престарелым королем, безучастно наблюдая за поркой двух мужчин, мало напоминала ту, которая могла одним взглядом зеленых глаз обнять весь мир. Но девушка, словно услышав его мысли, медленно обернулась.
Сквозь пелену безразличия и маску высокомерия на него смотрела Эйлин.