В смятении Органа вновь облизнула губы и с нарочитым упрямством нахмурилась, как бы говоря — и Сноуку, и себе самой, — что так просто, наскоком, ему не взять ее.
— Вашему сыну куда безопаснее находиться в цитадели, у ног своего наставника, ведь так случилось, что только я знаю об опасности, которая ему угрожает, и умею противостоять ей. Я уверен, что вы захотите быть рядом с ним, Лея. Добровольно. Не как пленница, но как любящая мать и моя гостья…
— Присоединиться к вам? — выдавила Органа со смесью брезгливости и изумления, однако без гнева. Слова Верховного лидера больше удивили ее, чем разозлили. Предать все, во что она верила и за что сражалась долгие годы, пойти против Сопротивления, против своих дорогих друзей, которые еще живы и готовы продолжать борьбу… нет, право, Галлиус Рэкс не настолько глуп, чтобы предлагать ей такое всерьез.
— В конце концов, вам не остается ничего другого, — спокойно заметил Сноук. — Ваше правительство мертво. Вы ушли из Сопротивления. Ваш брат пропал без вести; очевидно, он уже мертв. Вы чувствуете это, как чувствую и я. Сын — вот все, что еще есть у вас. Блудное дитя, потерянное и вновь возвращенное по воле Силы в материнские объятия. Дитя, преданное вами и все еще вами любимое. Поверьте, генерал, я не хочу и никогда не хотел разлучать семью. Напротив, я отчаянно желаю вашего воссоединения…
Лея решительно тряхнула головой.
— Не под вашей дланью, — отрезала она. — Не обольщайтесь, Рэкс. Бен больше не принадлежит вам. Вы не сможете снова заморочить ему голову, а уж мне и подавно.
Сноук испустил тяжелый, проникновенный вздох.
— Позвольте мне кое-что рассказать вам, генерал. Это долгая история. Ее начало было положено много столетий назад, но уверяю вас, все эти события имеют прямое отношение к вам и к вашему сыну. Слыхали ли вы о таких темных техниках, как Высасывание Силы?
Отвращение на лице женщины само собой стало ответом. Да, когда-то в молодости они с братом читали о возможностях Силы, и об этой — признаться, не самой приятной, — в том числе.
— А знаете ли вы, что такое Голод?
Органа машинально кивнула.
Голод Силы — еще одно, о чем она знала, хотя предпочла бы не знать. В ее понимании это была аномалия внутри вселенского потока; аномалия, которой никогда не должно было существовать, но которая все же существует вопреки самому закону бытия. Это — проклятие. Проклятие Силы тем, кто желает получить от нее больше, чем способен контролировать.
— Когда-то давно, — продолжил Сноук, — во времена первой Империи ситхов (или Старой Империи, как теперь чаще всего ее называют те, кто еще помнит) жил один человек… вернее, то было существо. Высшее существо, сумевшее преодолеть условности своей расы, равно как и условности самой плоти. Чувствительное к Силе. Могущественное. Темный владыка, известный своей поражающей способностью управлять движением мидихлориан, черпать великую энергию из всего, что его окружало. Из живых…
— Вы говорите о Дарте Нихилусе?
Об одном из древних лордов ситхов, который, если верить архивам, найденным на Оссусе, был одержим Голодом.
Лея запоздало сообразила, что Нихилус (если память не изменяет ей) жил гораздо позднее.
— О нет, принцесса, — с улыбкой возразил Сноук. — Я говорю о том, кто намного древнее и могущественнее Нихилуса. В свое время ситхи почитали его как своего рода божество. О нем упоминается в древнейших голокронах, сохранившихся на Коррибане. Там говорится, что сосредоточение Силы вокруг этого существа было столь велико, что разрывало великий поток, как черная дыра разрывает материю пространства и времени. Он был, словно бездонная воронка, постоянно поглощающая энергию всего сущего, оттого его называли…
— Сердце бури, — окончила Лея.
Она тоже знала эту легенду. Люк говорил, что это — суть, предупреждение. Для тех, кто в своей неуемной жажде могущества несет угрозу балансу.
Верховный лидер слегка кивнул.
— Именно так. Сердце бури. Нихилус, сколь бы могуч и ужасен ни был он в свое время, сделался лишь раной в Силе, но тот, о ком мы говорим, был Дырой. Смертоносной бездной, окруженной вихрем мидихлориан, которые были притянуты его волей. Это — единственное его имя, дошедшее до нас. Мы не знаем, как он звался на самом деле. Не знаем, к какой расе принадлежал. Трудно сказать даже, мужчина это был или женщина. Кто-то считает, что он был, как ваш отец, дитя Силы, другие называют его порождением Хаоса, а третьи и вовсе говорят, будто его никогда и не было (если не ошибаюсь, именно этой версии официально придерживались раньше в ордене джедаев). То была легендарная личность. Есть сведения, что он мог в один миг опустошить не то что миры, а целые системы. Мог подавлять волю любых живых существ, превращать их в покорных рабов — но не рабы были нужны ему, о нет! Во всех существах он видел лишь пищу. Лишь способ притупить на время мучительный Голод, который терзал его год за годом, столетие за столетием…
Вдруг Верховный прервался, тяжело закашлявшись. И лишь спустя пару секунд заговорил снова:
— Увы, мидихлорианы — не всегда наши союзники. Джедаи ошибочно утверждали, что эти существа служат лишь проводниками Силы и живут в симбиозе с нами, со всем органическим миром. Но мало кому известно, что мидихлорианы — это крохотные вампиры. Паразиты, которые питаются нашей энергией, но дают взамен энергию вселенского потока, возможность чувствовать Силу. Это равновесие довольно хрупко. Стоит нарушить его — и те, что даровали нам могущество, могут нас уничтожить; Сила всегда возьмет свое. Так и рождается Голод. Вообразите, принцесса. Поначалу вам удается поглощать чужие жизни без особых трудностей. В душе у вас рождается невиданное упоение, эйфория, экстаз. Вы физически ощущаете теплоту потока, проходящего сквозь ваше тело, и Сила в вас неуклонно растет. Это восхитительное чувство, сравнимое разве что с плотским вожделением. Но эйфория проходит, и вы начинаете хотеть еще. Больше и больше. Как человек, пристрастившийся к спайсу. Ваше тело уже не принадлежит вам; это взбесившиеся мидихлорианы через вас бесконтрольно поглощают энергию жизни. Сила окружает вас все плотнее, пока не продавливает самое себя, и тогда вы становитесь Дырой. Устрашающей темной точкой разрыва.
— Предположим, что это так, — сказала Лея, стараясь совладать с ломающимся своим голосом. Ей не хотелось, чтобы Галлиус Рэкс догадался, насколько сильное, гнетущее впечатление произвел на нее его рассказ. — Я не стану вступать с вами в дискуссии или упоминать о том, насколько все, что вы тут наговорили, отличается от учения моего брата. Но скажите ради всего святого, какое отношение эта жуткая легенда имеет ко мне и к Бену?
— Вы должны помнить, какая участь постигла его, Сердце бури. Его погубила глупая случайность. Случайность избавила галактику от опасности и вернула поток Силы в обычное русло. Сегодня мы считаем историю о нем лишь страшной сказкой. Лишь притчей, которая предупреждает нас о скрытых ловушках Темной стороны. Однако владыка Плэгас и его ученик, владыка Сидиус, не только верили в реальность легендарного темного владыки, они оба, каждый в свое время, искали свидетельства его существования. И самое любопытное, что Сидиусу, похоже, удалось их найти. Послушайте-ка внимательнее, Лей. Никому еще я не рассказывал того, что сейчас рассказываю вам. Мой учитель предполагал, что остатки той давней бури в Силе не могли просто раствориться в потоке. Что великий темный дух сохранился и ожидает часа, чтобы возвратиться. Но наш бедный император жаждал видеть не просто воплощенную энергию, не Призрака Силы. Благодаря ситсхской алхимии он рассчитывал полноценно воскресить это существо. Воскресить, — повторил Сноук, — в теле ребенка.
Бархатные глаза невольно расширились от ужаса.
— Ребенка?
— Да, ребенка. Мальчика. Безвестного сироты, найденного в пустыне…