– Тогда что же мне делать, скажи, Великий Учитель? Что мне делать? – Дэмиан с силой сжал свою голову, не находя ответа.
– Если ты по-настоящему любишь Арнэлию, то отпустишь ее, – вынес вердикт монах.
– Но я поклялся никогда больше не отпускать ее руку, – прошептал Дэмиан. – Я не могу нарушить обещание.
– Тебе придется! Если, конечно, ты не хочешь ее убить, как обещал пять столетий назад.
– А ты злопамятен, монах, – Дэмиан зло ухмыльнулся.
– Ты можешь ко всему придираться, сути это не изменит. Останешься рядом с Арнэлией – она умрет, пусть и не сразу.
Глаза Учителя были как никогда ясны и холодны, словно морозное утро, и в них Дэмиан прочитал приговор.
– Потому что завтра вы лишите ее бессмертия, не так ли? Как вы можете быть такими жестокими?
Учитель ничего не ответил. А глаза Дэмиана наполнились невыносимой тоской.
– Даже если я ее оставлю, – прошептал повелитель Темных, – она не оставит меня. Ты веришь хотя бы в ее любовь, Великий Учитель?
– Да, Арнэлия действительно тебя любит. До сих пор непонятно, как такое могло произойти. Я сам не могу найти решение этой проблемы.
– Проблемы? Именно так ты и твои ученики называете разрушение двух жизней?
Мудрый старец спокойно промолчал в ответ на упрек.
– Вы знали, на что шли. Знали, что это запрещено. Вы получили то, что искали. Арнэлия умрет, – продолжил он спустя некоторое время суровую отповедь. – Либо своей собственной смертью в старости, лишенная бессмертия, либо в результате очередной остановки сердца, если останется рядом с тобой и продолжит метаться между двумя мирами. Так или иначе, я уже смирился с тем, что потерял ее. Осталось смириться и тебе, Принц Тьмы. Прими то, что в твоей жизни нет места свету, и ты найдешь решение.
– Нет места свету… – произнес как эхо Дэмиан, а его глаза стали глубоко печальными.
– Решение? – спросил повелитель Темных. – Какое решение я должен найти? Я хочу лишь одного – чтобы она жила долго и счастливо. Это все, что мне нужно.
Учитель многозначительно посмотрел в потолок, как бы устремляя взор в небо.
– Но рядом с тобой это невозможно, – заключил старец, а затем покинул госпиталь, оставив Дэмиана наедине с тяжелыми мыслями.
Так закончился первый день и наступил второй.
Сердце человека
Арнэлия с самого утра места себе не находила и просила Дэмиана позволить ей уехать домой. Девушку что-то тревожило, и она беспокойно расхаживала из стороны в сторону.
Принц Тьмы внимательно следил за ее передвижениями, но отмалчивался. Он подозревал, что Арнэлия предчувствует беду, что вот-вот может с ней случиться. На закате ее лишат бессмертия. Повелитель Темных знал об этом, но не мог сказать своей возлюбленной. Он опасался, что ее сердце снова остановится. Невозможно предугадать, как Дитя Света отреагирует на такое известие. Именно те, кого она больше всех любила, кому она доверяла, решили совершить с ней столь жестокий по сути своей обряд. Арнэлия никогда не будет жить, как прежде. Ее семья откажется от нее, и она останется одна. Что же ему делать? Как поступить?
– Пожалуйста, отпусти меня, – снова взмолилась девушка, подбежав к Дэмиану и с мольбой нежно сжав его руку.
«Почему мотылек всегда летит на огонь?» – невольно подумал Принц Тьмы, глядя, как Дитя Света стремится домой, где ее не ждет ничего хорошего.
Арнэлия вплотную приблизилась к своему любимому и, нежно взяв его лицо в свои ладони, заглянула в глаза.
– Ну пожалуйста, я очень хочу увидеть свою семью.
Дэмиан с силой сжал кулак чуть ли не до крови. Что же делать?
– Хорошо, – выпалил он на одном дыхании. – Если ты так хочешь.
Арнэлия взвизгнула от радости, даже не подозревая, как тяжело далось ему такое решение. Сердце Принца Тьмы обливалось кровью, но мотылек всегда летит на огонь, и с этим ничего не поделаешь.
Дэмиан тщательно себя сдерживал, пока Дитя Света собирала немногочисленные вещи. И даже улыбнулся ей, когда она, попрощавшись, весело вышла из больничной палаты. Принц Тьмы смотрел ей вслед и не мог поверить, что видит Арнэлию такой в последний раз. Уже завтра она станет обычной смертной женщиной, завтра ее семья откажется от нее.
Неужели Дэмиан все это допустит? Неужели позволит так поступить со своей единственной любовью? Неужели Великий Учитель прав, обвиняя его во всех бедах Арнэлии? Неужели это именно он ее убивает? Разве он позволит Богу отобрать тот единственный свет, что как лучик солнца проник в его мрачную жизнь и осветил ее? Неужели он заставит страдать свою любимую и станет спокойно созерцать, как она превратится в неприкаянный призрак? Ведь обратить ее в вампира он тоже не посмеет, чтобы не обрекать на вечное проклятье. И он один во всем виноват. Он, Принц Тьмы, – краеугольный камень всего происходящего.