– Благодарю, – машинально ответила я, и поднялась, чтобы утащить поднос с изящным кувшинчиком и миниатюрными чашечками к себе на гостевой столик.
– Наперстки, – фыркнул Корай.
– Ничего ты не понимаешь в этом божественном напитке, – привычно откликнулась я, наливая свою первую за сегодня пиалочку кофе. – Если бы кто-то не выдернул меня прямо из мастерской Ковена, я бы успела позавтракать.
– Угу, в пяти километрах от города, в ближайшей таверне. Знаю я твои привычки. Каждый раз одно и то же, едва наступает последняя ночь твоего отпуска…
– Наказания, – поправила я, делая первый глоток.
– Отпуска, – упрямо повторил ректор. – Важного отпуска. Ровно в полночь и одну минуту ты несешься по дороге с очередным заданием. Так чем тебе не задачка?
– Дела семейные, – фыркнула я.
– Проклятье, Соная, проклятье лунной ведьмы – это тебе не острый понос на вредного соседа наложить. Это проклятье касается всех нас. Всей Грани. Ты – единственная, которая имеет прямое отношение в клану Мун. Значит, тебе и решать эту задачку.
– Чушь, – буркнула я, но насторожилась, как охотничья собака, которая учуяла заячий запах.
– Абсолютная, – неожиданно согласился со мной ректор. – Чушь – все то, что вам, детки, рассказывают в школах и академиях на уроках истории Грани. Полная и безоговорочная ерунда. Почему, ты думаешь, прервался род лунных ведьм? Почему драконы больше не охотятся с нами на проклятья? Не преподают сложные дисциплины в Академии? Не появляются на территории Ордена, который сами же и создали для защиты всего нашего мира?
– Н-не знаю… – задумчиво протянула я, не донеся чашечку кофе до рта.
А, и правда, почему? Почему никто из нас, молодых охотников, не мог похвастаться тем, что видел хотя бы издалека настоящего живого дракона. Ну, или его человеческое обличье? Про звериную суть я даже мечтать не смела. Изображения этих летающих гигантов можно увидеть только на страницах старинных книг и бульварных романов для романтических дамочек.
– Наш мир погибает, Соная.
– Что? – рука дрогнула, и кофе выплеснулся на блюдце. – Повтори? – я прищурилась и не сводила глаз с Оберона Корая, считывая его эмоции.
– Наш мир на грани гибели, Соная, – четко и медленно повторил ректор.
– Но… как? Почему? Что… Так, стоп! – я помотала головой, разгоняя хаос в мыслях. – Ты это выдумал, чтобы заставить меня взяться за это семейное дельце? – я ткнула пальцем в завещание, примостившееся на кофейном столике рядом с подносом.
– Нет, Соная, – ректор поднялся и подошел к окну. – Это та правда, которую Совет отказывается признавать, чтобы не пугать людей. Солнечные ведьмы клана Сонцето только недавно признались, что артефакт, сдерживающий чудовищ Из-Гранья, разрушается. Последний черный дракон отказывается с нами общаться. Хотя, я предполагаю, что он просто не может выйти за пределы своих земель… Эта еще одна тайна, которую хранит Орден Драконов.
Я ошарашено слушала внезапные откровения старого охотника. Машинально опрокинула в себя остатки кофе, поморщилась от осадка, который попал на язык, недолго думая, сплюнула кофейные крошки в салфетку. Поднялась и подошла к Кораю.
– Все это прекрасно… Точнее, ужасно… Но я не вхожу в Совет и не понимаю каким образом могу помочь в операции по спасению артефакта.
– Ты – последняя лунная ведьма.
– И что с этого? – я пожала плечами. – Отправьте туда ведьму-воительницу Сонцето. Это их дело – защищать артефакт. Вот это, – я махнула рукой на столик, где лежал документ. – Дело семейное, и никак не касается спасения мира.
– Ошибаешься, – вздохнул ректор. – Все началось с твоей прабабки, которую предал Черный дракон. Все должно закончиться с твоей помощью.
– Что?
Я резко повернулась к Кораю, пытаясь понять: это он так интригует, чтобы вынудить меня взяться за задание, которое не хочу? Я уже выбрала проклятье, на которое собиралась охотиться. Портал оплачен, время перехода забронировано, оставалось только распрощаться с ректором и мчаться навстречу новым приключениям.
– Что слышала, – проворчал Оберон, не глядя на меня. – Твоя прабабка прокляла весь род Черных драконов. До тех пор пока… История долгая и запутанная, но Слово, сказанное в святую ночь в Храме Аиши, бумерангом ударило по твоей семье, – ректор вздохнул, отвернулся от окна и неторопливо зашагал к своему излюбленному креслу.
– По моей семье? – переспросила я и пошла за крестным, как овца на веревочке.
Через три шага опомнилась и резко свернула к своему месту, плюхнулась на сиденье, подумала, плеснула себе остывший кофе, залпом выпила и налила новую порцию. Кофе я обожала в любом виде и состоянии, главное, чтобы он был черный и сладкий.