Зачем он так со мной?
Чудовище…
Погружаясь всё глубже в свои мысли, мои глаза закрылись. И я провалилась в сон…
Проснулась я от ужасного грохота. Попыталась подняться, но тут же легла обратно на подушку. Голова раскалывалась от боли. Но шум продолжался, и я прислушалась. Кто-то стучал в дверь нашей квартиры. И стучал — это мягко сказано.
С горем пополам я поднялась и пошла открывать.
— Боже, иду я уже… Чего так ломиться? — бубнила я себе под нос, держась за голову.
Когда я открыла дверь, то просто застыла на месте. На пороге стоял Марк.
Что ему здесь нужно?
— Марта Владимировна, вас ждёт Тимур Игоревич. Собирайтесь, я подожду вас в машине.
Парень уже собирался уходить, когда до меня дошло, что он только что сказал.
— Я не поеду с вами. И вообще, не собираюсь больше видеться с Тимуром Игоревичем.
— Мне ему это передать? — с серьёзным выражением лица посмотрел на меня водитель.
— Да…
Честно говоря, я хотела увидеть Морозова. И хотела услышать хоть какие-то объяснения насчёт того, что увидела утром. Но сейчас я была просто не в состоянии куда-то ехать. Мне было плохо. Как морально, так и физически.
— До свидания, Марта Владимировна.
Попрощался Марк и ушёл, а я, закрыв дверь, сползла на пол.
Дотянулась до сумочки и достала телефон. Уже восемь, я проспала почти весь день… Даже к отцу в больницу не поехала.
Кстати, он звонил. Пять пропущенных. Ещё два от тёти Аллы, видимо, папа и её подключил к моим поискам.
И один пропущенный от неизвестного номера.
Морозов? Да нет, у меня есть его номер.
А хотелось бы… — язвительно заметил внутренний голос.
Да, хотелось бы. Даже сейчас, когда мне так больно, я хочу увидеть его. Хочу почувствовать его тепло. Хочу вдохнуть его запах…
Я люблю его.
Впервые в жизни я влюбилась. Но, похоже, выбрала совсем не того принца…
Глава 15
Я не спала почти всю ночь. Мысли не давали покоя. А ещё, где-то в глубине души, я ждала звонка от Тимура. Хотя бы одного звонка, одного сообщения… но ничего не было.
Значит, я была права — он больше не нуждается в моих услугах.
А как же то, что он отправил за мной Марка? — тихонько щемило сердце, цепляясь за малейшую надежду.
Скорее всего, он хотел сообщить, что я больше у него не работаю, — словно отрезало в голове.
А долг?
Нужно сказать папе, что я больше не работаю у Морозова. Устроюсь на какую-то работу, и мы вернём все деньги этому человеку.
С этими мыслями я легла в постель и смотрела, как восходит солнце…
Приняв душ и выпив таблетки от головной боли, я надела лёгкий голубой сарафан выше колена с бретелями-завязками на плечах, который подчёркивал талию и расширялся к низу. Обула белые кеды с цветным принтом и завила волосы.
Знаете, говорят: «Чем хуже на душе, тем выше каблук и короче юбка».
Каблуки я оставила дома, но улыбка украшала моё лицо.
В университет идти не хотелось. А как вспомню слова Антона, так вообще душа плачет. Ничего, конспекты перепишу, всё выучу… Поэтому решила пойти к отцу в больницу. Именно пойти, пешком. Хотя до больницы было минут двадцать ходьбы, мне нужно было проветриться.
И с каждым шагом я понимала, что сделала правильно.
Тёплое солнышко ласкало кожу, ветерок развевал мои волосы, а прохожие улыбались в ответ.
Молодые парни несколько раз даже пытались познакомиться, что добавило мне уверенности в себе и улучшило настроение.
Поэтому, когда я дошла до больницы, на душе было легко, я чувствовала себя бодрой и улыбалась искренне, а не потому, что так надо.
Поднимаясь по лестнице на третий этаж, я встретила папиного врача, и день стал ещё лучше.
Папа быстро выздоравливал. Реабилитация помогала, и новый рентген показал, что повторная операция не нужна, а это значит — и имплант тоже.
Идя в палату, я думала о том, как плохо закончился вчерашний день, какая ужасная была ночь и насколько я счастлива сейчас.
Ещё немного времени, и всё встанет на свои места. Сегодня ничто не сможет разрушить мою радость.
Остановившись у приоткрытой двери папиной палаты, я увидела, как рядом с ним сидит тётя Алла. Сначала хотела сразу зайти, но они так смотрели друг на друга, что я остановилась. А через секунду она наклонилась, и они поцеловались…
Для меня это было странно…
Нет, я не расстроилась. Не злилась и не ревновала… Я была удивлена…
Они что, вместе?
Но почему папа ничего не сказал мне?