Чэнь Мо стоял у входа в деревню с ощущением тяжести на сердце. Всё, что он любил, все, кого он знал – ничего не осталось. Люди секты, конечно же, после тщательного изучения произошедшего, похоронили погибших людей, чтобы путники, если такие появятся, не наткнулись на нечто настолько ужасное. Но юношу не волновали причины; он был благодарен, что тела превратившихся в демонов жителей не оставили гнить на улице.
- Брат Мо, это ведь то место? – подала голос Шэнь Сюэ, разглядывая гнилые доски и ржавые металлические останки.
- Здесь была повозка, - ответил Чэнь Мо, - Но она уже давно сгнила.
- На ней отец… - тут девушка впервые за десять лет заплакала.
Чэнь Мо вздохнул, подошел к сестрице Сюэ и положил руку на ее подрагивающие плечи. Ему тоже было горько возвращаться, но он все-таки хотел увидеть это место. И теперь он и сам ощущал тоску и боль за все, что произошло в деревне. Но он был к этому готов. Он знал, что это место уже не такое, каким было в его детстве. Он знал, что больше в Чжуфэн никто не живет. Однако Шэнь Сюэ все еще не хотела принимать случившееся, и в глубине души надеялась, что все те ужасы ей просто приснились, пусть она и знала, что это не так. И теперь реальность отозвалась в девушке такой ужасной болью, что она не в силах была скрыть свои эмоции.
Глава Сун не вмешивался в происходящее. Он прекрасно понимал, что ученикам его секты тяжело пережить произошедшее. Они были совсем маленькими детьми, когда столкнулись с такой страшной бедой. Сун Хэ и сам не знал, смог бы он справится с таким потрясением, даже будучи взрослым человеком, и глядя на Чэнь Мо, мужчина осознавал, на сколько на самом деле сильна воля этого юноши.
- Я хочу сходить в наш старый дом, - сказал Чэнь Мо, успокоив Шэнь Сюэ, - Если хочешь, можешь пойти со мной.
Девушка не захотела. Она решила только посетить могилы, но не старые жилища. Чэнь Мо заставлять не стал. Он пошел один по заброшенным улочкам, разглядывая все вокруг. Дома жителей деревни с виду было уже не узнать. В некоторых из них даже пророс бамбук, разрушая и без того обветшалые сооружения. Дом старосты все еще был цел, но от той самой беседки не осталось совсем ничего. Юноша, остановившись, смотрел на это место, и воспоминания сами собой проносились в его голове. Он хорошо помнил старосту, сидящего за стареньким столиком. Помнил, как впервые в этом месте научился держать кисть, как начинал изучать чтение и письмо, а еще истории… Какие же интересные истории рассказывал дедушка Бо! Как жаль, что больше юноша не услышит его добрый и тихий голос.
Дальше по улице стоял дом семьи Шэнь. Здесь даже осталось несколько обрывков ткани, потерявших все краски, испачканных грязью и пылью. Они зацепились за старые доски и уже не один год их трепал ветер и дождь. Удивительно, как эти клочки еще не обратились прахом, как ткацкий станок, забор и домашняя утварь. Крыша дома обвалилась внутрь, стены прогнили и лишь чудом оставались на месте. Казалось, тронь их хоть пальцем, и они тут же рассыплются в труху. Быть может оно и к лучшему, что Шэнь Сюэ не пошла глубже в деревню…
А ведь Чэнь Мо все еще помнил, как его озорная сестрица махала ему рукой из-за низкого заборчика, как госпожа Шэнь Юэ напевала песни, сидя за работой, как дядюшка Шэнь Фу привозил детям разные вкусности и игрушки из других деревень. Теперь без них это место было пустым и не знакомым. Казалось, как будто это и не деревня Чжуфэн, а старые руины, в которых Чэнь Мо никогда не был.
Когда юноша дошел до своего дома, он был удивлен. В отличии от других жилищ, дом семьи Чэнь оказался почти не тронут временем. Разве что фасад потемнел, да дверь покосилась… но все оставалось на своем месте. Конечно, травы, которые выращивала когда-то Чэнь Айцзе, без ухода давно погибли, земля заросла сорняками да так, что и дорожек не осталось, но сам дом еще стоял. И внутри все было так же, как в тот ужасный день. Разбросанная и поломанная мебель из бамбука покрылась толстым слоем пыли, вещи, выброшенные из сундука, валялись тут же. На них, конечно, появились дыры, да и цвета все потерялись, от чего вещи обратились серым тряпьем, и все-таки они не истлели до конца.
Сундук стоял на том-же месте. Чэнь Мо подошел к нему, провел рукой по бортику и тяжело вздохнув, закрыл крышку. Снаружи, стенки сундука были испещрены царапинами, оставленными, как будто бы, диким зверем, но юноша знал, как они появились. Он все еще помнил, как именно выглядело чудовище, которым обернулась его матушка. Он помнил и тот ужасный голос, который просил явившихся людей спасти его и сестрицу Сюэ. Удивительное дело, даже обратившись низшим демоном, его матушка сохраняла остатки разума до самой смерти… Такое в прошлом заставило сжаться от боли даже сердца людей из секты. Вот и сердце Чэнь Мо как будто бы оказалось зажатым в тиски.