Юноша отвернулся от сияющего пламенем цветка, и хотел, было, вновь попытаться уйти из этого места, но тут его едва не унесло мощной волной магической силы. Обернувшись, Чэнь Мо с ужасом понял, что Лотос Пламени Дракона движется к нему сам. Юноша тут же прижался руками к стенкам шара, пытаясь убраться подальше, но шар оставался недвижим. Чудо природы медленно приближалось к нему. Цветок все чаще выпускал волны силы, обжигающие и мощные. С приближением Лотоса жар становился все более нестерпимым, он пробивался даже сквозь защиту ключа.
Когда до шара с человеком внутри оставалось всего несколько метров, цветок ускорился и с силой ворвался в его тело. Он вошел прямо в живот юноши. Чэнь Мо почувствовал нестерпимую, обжигающую боль. Ему казалось, будто его внутренности сгорают в пламени. Крик сам собой вырвался изо рта юноши. Казалось, что еще немного, и сила цветка не оставит от него и горстки пепла. От боли и потрясения, сознание Чэнь Мо покинуло его.
Глава 11
Он стоял на белоснежном балконе, глядя в низ, на город. Его бледные руки покоились поверх золоченых перил. Богатые черно-белые одежды из легкого шелка любовно трепал ветер. С вершины своего замка он смотрел, как жители празднуют Великую Ночь. Он видел, как в ночные небеса взлетают тысячи бумажных фонарей. Там, внизу, жил простой народ. Никто из них не был великим воином. Сейчас – время мира, а потому, они могли просто радоваться жизни. Прекрасное зрелище, предстало его глазам, но в его сердце не было места радости. Он уже давно забыл, что это за чувство.
- Мой господин, - кто-то в черных одеждах и в такой же черной маске, полностью скрывающей лицо, незаметно появился за его спиной, словно вышел из тени, - Мы все выяснили. Госпожа была невиновна. Сегодня мы узнали, что ее подставили…
- Пятьсот лет прошло, зачем мне это теперь? Ее уже не вернуть, - голос мужчины был спокоен и холоден.
- Но господин, это не все. Мы узнали, что госпожа приглянулась патриарху семьи Ван… Госпожа не однократно отказывала ему. И в итоге, когда патриарх решил прорваться за счет жертвоприношения, он все подстроил так, что обвинили Госпожу, а его даже не заподозрили. Госпожа, она… ее душа была под контролем патриарха! Он использовал запрещенную технику контроля души…
- Что ты сейчас сказал?! - в этот раз его голос звучал угрожающе.
Мужчина в черном, не в силах справиться с давлением силы своего хозяина, упал на колени. Его тело дрожало. Только молодой господин мог внушить такой ужас и трепет в сердца подчиненных! Никто иной никогда не обладал таким страшным давлением. Одного взгляда хватало, чтобы одежда любого, даже сильнейшего воина, пропиталась холодным потом. Но человек в черном, несмотря на то, что его голос дрожал вместе с телом, все же повторил последние свои слова. И добавил, что подтверждение смогли получить лишь неделю назад. Один из шпионов смог выкрасть личный дневник патриарха семьи Ван. Он погиб при этом, но успел дневник передать другим.
Патриарх, разумеется, поставил печать на своих записях. Вот только старик был слишком самоуверенным, магия оказалась слишком простой. Ее быстро вскрыли. От прочитанного на страницах дневника волосы встали дыбом даже у самых бесчувственных убийц. В подтверждение своих слов, мужчина в черном достал толстую книгу в простеньком переплете. Было видно, что страницы к ней подшивали не единожды. Вот только молодой хозяин на нее даже не взглянул. Его глаза затмила алая пелена. Гнев, запертый глубоко в сердце, взорвался, подобно вулкану, и словно раскаленная лава, выплеснулся мощными волнами духовной силы. Он больше не видел фонарей, сияющих в ночном небе. Новое желание захватило его разум… Уничтожить!
Он сорвался со своего балкона в полет, да на такой скорости, что мужчина в черном не мог за ним угнаться и сильно отстал. Очень быстро он покинул границу своих земель. Очень быстро он достиг и земель семьи Ван. Эти земли были иными, тут никогда не было мирных жителей. Все земли занимали только члены семьи. Но ему было не важно, пострадает ли кто-то непричастный. Все его существо теперь было воплощением ярости. Барьер над землями семьи Ван был разрушен в одно мгновение. Вместе с этим разгорелся и пожар, съедающий все на своем пути.
Он медленно, тяжелыми шагами, рвущими само пространство, шел по воздуху к главному дому, жилищу патриарха. Кто-то кричал. Его пытались остановить, но он лишь отмахнулся широким рукавом, и от этого движения не осталось никого живого. Ближе к главному дому, кажется, жили члены семьи посильнее, но и они не стали препятствием на его пути. Кажется, он даже и не заметил, как убил их всех.
Последние силы семьи Ван, во главе с шестью старейшинами, сильнейшими воинами семьи, не считая патриарха, собрались у дверей в главный дом. Напротив, остановился и он. От него исходили чудовищно-сильные волны духовной силы. Эта мощь поставила на колени всех, кроме старейшин, что с трудом удерживали формацию защиты.