По выражению лица было трудно что-либо понять. Однако, когда её губы растянулись в улыбке, ответ стал очевиден.
– С этого момента у меня есть официальное разрешение на то, чтобы покинуть территорию академии на три дня. При этом я должна буду отработать все, что пропустила за эти дни.
– Это отличные новости!
– Знаю…
– Надеюсь, твоя мама выздоровеет как можно скорее.
Я протянула ей сумку с собранными мной вещами.
– Я тоже, – не теряя надежды, сказала она, забирая у меня её из рук.
– Обязательно пришли мне весточку, как только появится такая возможность. Иначе я буду очень переживать.
– Я вернусь, не успеешь даже оглянуться.
– Не сомневаюсь.
– Береги себя, Никс. И не вздумай куда-нибудь снова влипнуть. По крайней мере, без меня!
Я усмехнулась. Затем снова крепко обняла её и сказала:
– Ни о чем не думай и позаботься о своей маме.
Мы переглянулись. После чего она решительно сжала в ладони небольшой светящийся шарик, заставив плотный туман окутать её фигуру, а затем исчезла. Я осталась одна. И комната вдруг показалась такой пустой, что, оглянувшись, я ещё несколько минут стояла возле окна, будто могла увидеть там знакомые силуэты. После чего все же выключила свет и легла в кровать.
Наверное, около часа я не могла уснуть, безуспешно меняя положение. Чего я только не испробовала! Даже попросила у комендантши подогреть молоко, поскольку подобные приборы в комнатах атэ были запрещены. Но сон по-прежнему не шел. Я все ещё лежала с закрытыми глазами и прислушивалась к собственному дыханию. В моей голове было столько мыслей…
Я думала о Салли, о том, все ли в порядке с её мамой.
О Шейдане. Справится ли он в очередной раз с обрушившейся на него реальностью?..
О демоне, который все больше проникал в мою душу.
О своем предназначении и уготовленной мне судьбе.
Я неизменно думала о своей семье…
Каждый новый день, каждый новый час я все больше осознавала, кто я. Знала, что мне делать и к чему стремиться. Но вместе с этим я знала, к чему приведет меня этот путь, а также тот факт, что я не могу с него свернуть.
Иногда в жизни случается момент озарения, момент, когда ты вдруг отчетливо понимаешь, что есть повороты, пропустить которые невозможно. Ты просто обязан пройти по ним, чтобы в конечном итоге оказаться у развилки или подойти к финалу, предназначенному лишь тебе одному.
Так и здесь.
Сколько бы внутри меня не было страхов, сколько бы я не сомневалась, сколько бы не бежала от правды: рано или поздно мне придется столкнуться лицом к лицу с тем, от чего меня пытались защитить столько лет. Потому что это часть меня – это я. И мне хотелось быть достаточно сильной, чтобы со всей смелостью заглянуть своей судьбе в глаза.
Тяжело вздохнув, я перевернулась на бок и уже в очередной раз собиралась попытаться уснуть, но в дверь неожиданно постучали.
Приподнявшись на локтях, я интуитивно напрягалась и прислушалась: мало ли, вдруг померещилось. Но в эту же секунду приглушенный стук повторился, а затем послышался до боли знакомый голос:
– Лайникс…
Мне хватило секунды, чтобы подскочить с кровати и спешно открыть двери, оглядываясь по сторонам, чтобы никто нас не заметил.
Быстро втянув его внутрь, я уже хотела возмутиться, спросить: «Какого черта?» Но слова так и застряли в горле, как только я увидела капельки пота, стекающие по его напряженному лицу. Он был похож на призрака: непривычно бледные губы, тени под глазами, неестественная поза. Лишь его глаза оставались неизменными: такими же темными, как ночь, и упрямыми, как лесной пожар, безжалостно охватывающий все на своем пути за пару секунд.
– Что…происходит? Почему ты в женской части общежития по среди ночи и…
Кайдан закрыл дверь на замок, заставив меня остановиться на полуслове. Шагнув вперёд, он едва пошатнулся, поэтому я тут же подставила ему плечо, чтобы он мог опереться и хотя бы немного принять устойчивое положение.
Мой обеспокоенный взгляд то и дело блуждал по его лицу. Даже тогда, когда мы оба сели на мою кровать.
– Мне нужна твоя помощь, – неожиданно проговорил он, хотя чего-то подобного я и ожидала, поскольку он бы никогда не вломился в мою комнату посреди ночи, не будь у него на то веской причины.
Не раздумывая, я кивнула.
– Всем, чем смогу. Только для начала, может, объяснишь, в чем дело? Что-то случилось во время патрулирования? Тьма усилилась?..
Все это время он сидел молча, глядя в стену напротив. Но стоило мне сказать эти слова, и он резко повернул голову, вперившись в меня непонимающим взглядом. Поэтому я была вынуждена признать: