Тогда мои губы дрогнули в ответной и до безумия решительной.
Только Коулман могла шутить в подобные минуты и при этом держаться с величественным достоинством.
Наверное, если бы её отец узнал о том, что она собиралась сделать (кажется, это кого-то напоминает), то непременно бы увез её домой и запер в четырех стенах до скончания веков. Но…Саллия Рэндалин Ван Никельбель Андалин Коулман никогда не отличалась присущим всем живым существам чувством самосохранения. Возможно, именно поэтому она решила бороться вместе со мной и остальными стражами наравне, не желая поддаваться поворотам судьбы.
Я не планировала проигрывать и отдавать свою душу божествам, но мое сердце то и дело замирало в вязком ощущении неизбежности, как если бы провидица увидела неизменное будущее.
– Готовы?
Трой внимательно оглядел нас, сохраняя невозмутимое выражение лица. Хотя я знала, что он точно так же был обеспокоен, местами даже дезориентирован, но умело скрывал свои чувства за непробиваемой броней, как натренированный солдат, приученный к строгой дисциплине и холодному безмолвию.
– Как никогда, – выдала подруга, сжав мою ладонь.
– И пусть снова воссияет солнце, – стало моим своеобразным ответом, но Трой все понял.
Улыбнувшись мне на долю секунды, он достал из кармана униформы стеклянный дымящийся шарик, а затем кинул его себе под ноги. Через пару секунд перед нами разверзлась темная, закручивающаяся в спираль воронка.
Салли прыгнула первой. Я хотела последовать последней. Но Трой уверенно мотнул головой, заставляя меня последовать за ней, чтобы он мог замкнуть пространственный переход.
Вздохнув, я шагнула в необъятную пустоту.
Ничего, кроме потоков воздуха и бьющегося в груди сердца, отсчитывающего секунды до мгновения, когда я вот-вот исполню свое предназначение.
На самом деле переход длился считанные мгновения. Однако, когда ветер коснулся моей кожи, а глаза распахнулись, время словно замедлилось. Именно тогда я, наконец, увидела происходящее своими глазами и поняла, что все мои представления о сражениях не шли ни в какое сравнение с тем, что происходило на самом деле. Это было сравнимо с замершим дыханием, когда ты стоишь над обрывом, одна нога повисает в воздухе, а затем тебя неожиданно толкают, и все планы, мысленные образы превращаются в невзрачный пепел, оседающий тяжелым грузом.
Судорожный вздох Саллии стал невидимым толчком, заставившим меня прийти в себя и выйти из удушающего транса, втянув носом воздух.
Мы оказались в настоящем эпицентре теней. Только легкие очертания виднеющихся сухих ветвей говорили о том, что мы по-прежнему были в пределах собственного измерения. Но…я не чувствовала ничего, что могло бы отзываться пульсирующей энергией жизни, не считая оставшихся стражей, пытающихся прекратить вторжение «черной смерти», прилагая все усилия по её уничтожению.
Бóльшая часть поляны, на которой мы стояли, была усыпана телами. Одни выглядели совершенно обезображено, другие так, словно всего лишь потеряли сознание. Но кое-что их все же объединяло: пустой остекленелый взгляд и черная, вытекающая изо-рта пена.
Наше появление не осталось незамеченным. Наоборот. Увидев нас, многие стражи приосанились и продолжили свой натиск, заставляя повсюду вспыхивать алые искры, взрывающиеся ослепительной вспышкой света в виде рунических символов.
– Норд, доложи обстановку! – тут же потребовал Трой, как только к нам подбежал невысокий подтянутый мужчина, внешний вид которого был далек от совершенства, толком не дав ему поприветствовать нас.
Мужчина сходу произнес:
– Мы применили ряд сдерживающих заклинаний, но стена, надвигающаяся на город, упорно выталкивает все связи, в ту же секунду разрушая их. Вводимые же до этого сыворотки не дали должного результата. Эта сущность…она поглощает все без остатка, оставляя после себя лишь…отпечаток смерти.
Он с особым усердием пытался скрыть панику, трепыхающуюся в глубине его глаз, старался держаться достойно и сохранять хладнокровие. Но у него это плохо получалось. Поскольку даже Трой неоднозначно выдохнул, выругавшись, и начал осматриваться по сторонам, тщательно просматривая территорию и каждый имеющийся участок. Он словно пытался найти ту самую «брешь», через которую можно было бы протиснуться внутрь и разбить врага изнутри.
И…
– Я знаю, что надо делать, – уверенно произнесла, прямо взирая на всепоглощающую темноту, закручивающуюся в небольшие, но все больше возрастающие вихри. Они напоминали песчаную бурю. Только вместо колючего песка в воздухе появлялись черные подрагивающие лепестки, оседающие темной пылью на одежде и лице.