– С минуту на минуту должны вывесить списки.
– Так какой спецкурс у такого интеллектуала, как ты? – с неким вызовом решительно задала вопрос Коулман.
Тут я впервые поняла, что никогда раньше не интересовалась подобным. А потому мне стало в разы интереснее. Да что там? Я до сих пор не видела его метки! Впрочем, как и метки Кайдана. Хотя слышала, что они индивидуальны, поскольку напрямую связаны с внутренней сущностью атэ.
– Который вряд ли придется тебе по душе, – самоуверенно выдал Дан и насмешливо подмигнул.
Что ж. Я так и думала. Из него вечно приходится вытягивать информацию силой.
– Ладно. Давайте оставим этот удивительный диалог и, наконец, двинемся в сторону главного холла. Потому что я не хочу пропустить все самое интересное.
Я дожевала пирожок и, допив смородиновый чай, составила грязную посуду на поднос. После чего отнесла его в специальный отсек.
Мы все вместе покинули столовую, чтобы спуститься вниз. В главном холле собрались почти все первокурсники, а также старшие атэ. Здесь почти не осталось свободного места. А в тот момент, когда я собиралась повернуться к Дану, чтобы выпытать у него какие-нибудь подробности, всеобщее внимание привлек цокот каблуков.
Из-за поворота показалась женская фигура. Очевидно, это помощник ректора – госпожа Данблэй. Толпа молча расступалась перед ней, поэтому она легко прошла к стенду. Держа в руках папку с заветными листами, госпожа Данблэй вывесила списки обучающихся.
Мое сердце замерло, когда пальцы женщины закрепили последний лист бумаги. Окинув нас строгим взглядом, она коротко подметила:
– Надеюсь на ваше благоразумие, стражи. Никаких стычек, давок и всеобщей паники. Соответствуйте своему новому статусу. Иначе ваши чемоданы быстро окажутся на улице, прямо за воротами.
Подобное скопление людей (особенно когда это полчище первокурсников) превращается в бесконтрольное стадо безумцев. Поэтому отчасти я была с ней согласна.
Госпожа Данблэй покинула холл также резко и стремительно, как и ворвалась сюда. Однако не потеряла и толики холодного, сдержанного достоинства.
Как только она скрылась во тьме коридоров, повисло всеобщее молчание. Это длилось всего лишь мгновение, прежде чем холл снова превратился в растревоженный улей.
Все одновременно ринулись к спискам. Я лишь успела пару раз моргнуть, прежде чем какой-то парень едва не снес меня – Дан вовремя отдернул. Теперь возможность получить травму казалась вполне правдоподобной. Происходящее напоминало борьбу за выживание. И первый вскрик, а затем последующие за ним бурные ругательства стали тому прямым доказательством.
– Рад, что тебе хватает ума не лезть в это пекло, – глядя на мое потерянное и вместе с тем обиженное выражение лица (остальные уже вовсю изучали свои спецкурсы!), усмехнувшись, выдал Дан.
Пришлось тяжело вздохнуть и благоразумно сказать:
– Я могу быть отчаянной, но не настолько.
Хотя стоило признать: любопытство вгрызалось в меня своими цепкими лапками.
– Ну…зная тебя… – Он не договорил, но весьма прозрачно намекнул на мою изредка проявляющуюся беспечность.
Я фыркнула, сложив руки на груди. А затем не удержалась и спросила:
– Где ты потерял своего цепного пса?
– Перестань его так называть.
Салли, стоящая по правую руку от меня, в наш диалог никак не вмешивалась. Но с интересом наблюдала за перепалкой двух кровных родственников.
– Так…где он?
– Он не докладывает мне о каждом своем шаге, если тебе интересно. К тому же ты прекрасно знаешь какой он своевольный.
«Он как ветер, который легко почувствовать, но поймать или удержать просто невозможно» – тут же подумала я и вздохнула.
Взгляд снова обратился к снующей толпе.
Кто-то радостно визжал. Кто-то хлопал в ладоши и подпрыгивал на месте. Кто-то, наоборот, вымещал злость на стенде, пару раз оставив на нем несколько вмятин и трещинок. Видимо, не всем увиденное пришлось по душе. Чьи-то ожидания также не оправдались. Я видела, как две девчонки (очевидно, лучшие подруги) оказались порознь.
Все эти чувства и эмоции, встающие в воздухе, заставляли меня теряться в догадках, потерянно блуждая в возможном будущем. От нервов я даже начала теребить рукав свободной белой блузки, выглядывающей из-под рукавов пиджака.
Спустя какое-то время толпа начала редеть. Разговоры и бурные обсуждения постепенно сходили на нет. Студенты неторопливо покидали главный корпус, следуя в сторону общежития. Тогда мы, наконец, смогли приблизиться к заветным спискам.
Я застыла на месте. Но так и не смогла заставить себя взглянуть на стенд.