Дана я тут же исключила. Он скорее бы выполз из куста, чтобы напугать меня, а затем с чувством отчитать. Да и делать мои фото… Слишком даже для него. А значит…есть лишь один вариант: сосед моего брата по комнате. Осталось лишь узнать, кто это. Только позже. Поскольку время значительно таяло, оставляя после себя лишь воспоминания.
В последний раз оглядев полку и убедившись, что все стоит на своих местах, я попыталась вернуть тетрадь туда, где она была. Но дверь неожиданно открылась: в комнату вошла темная фигура, заставившая мое сердце вздрогнуть от испуга.
Я уже хотела произнести слезливую или просто адекватную речь, которая бы прояснила мое местонахождение здесь. Но существо, шагнувшее внутрь, оказалось возле меня за долю секунды, чтобы в следующую прижать к стене, угрожающе нависнув над моей фигурой.
– Кайдан? – почувствовав знакомый запах, растерянно произнесла я, увидев блеснувшие во тьме глаза.
На секунду его хватка на моем горле лишь усилилась, заставив издать приглушённый хрип. Но затем он моргнул и резко отпустил меня.
Я едва не упала, потеряв равновесие.
– Какого дьявола ты забыла здесь, Лайникс?
– И это вместо: «Прости, что едва не убил тебя?!» – возмутилась я, гневно сверкнув глазами.
Он надменно хмыкнул и…промолчал.
Просто промолчал!
– Да что с тобой не так?! – прокричала я, закипая от негодования; сердце раскалялось с каждым взглядом.
И тут выражение его лица неожиданно поменялось. В нем промелькнула отчетливая искра страха, стоило лишь увидеть кожаную тетрадь, зажатую в моих руках.
Так значит…
Это…
–Т-ты…– угрожающе начал он, но я опередила, обескураженно выдав:
– Выходит, это ты сосед Шейдана?!
И почему эта мысль даже не приходила ко мне в голову?!
Стоп.
Тогда выходит, что…
Демон выхватил тетрадь у меня из рук, заставив подметить тот факт, что он был лишь в одних штанах.
Все мысли отошли в сторону, когда мой взгляд замер на его груди. Маленькие бисеринки из воды, виднеющиеся на ключицах, стекали вниз. Не удержавшись, я проследила за одной из них. Сначала она медленно прокатилась по яремной впадине, затем по груди и дальше вниз, плавно скатившись вдоль линии пресса, на мгновение замерев на пупке.
Я невольно задержала дыхание, когда капля дернулась и продолжила скользить ниже.
На то, чтобы вновь собраться с мыслями и унять взволнованное сердцебиение, у меня ушло несколько секунд. После чего я снова подняла решительный взгляд на демона и почувствовала, как теряю контроль по частям.
Пламя, разгорающееся в сердце, грозилось поглотить до основания бездны. Что-то невидимое тянуло к нему, как магнитом. И сопротивляться этому было так нестерпимо трудно.
– Я…я просто…
Все же попыталась оправдаться, но ничего не вышло, потому что его почерневший взгляд, блуждающий по моему платью, сбивал все связные мысли в кучу.
О Боги, и почему он такой красивый?
Это же просто противозаконно!
– Думаю, тебе пора. – Его голос был ломким, едва прерывистым, словно в горло залили свинца, и теперь слова давались ему с трудом.
Я сглотнула, нерешительно кивнув. Хотя и понимала, насколько он был прав. Поэтому сделала шаг вперёд. Почти обошла его стороной, стараясь лишний раз не пялиться на голый торс. Ведь до этого момента я никогда не видела его…настолько раздетым. Но…
Он неожиданно придержал меня за руку. И я обернулась, одарив его непонимающим взглядом.
Легкий прищур, неполный наклон головы. Упрямое, местами пугающее выражение лица, которое говорило мне: «Не теряй бдительности. Особенно, когда решила поиграть с монстром, вышедшим на свет из тени…»
– Ты же видела, не так ли? – не вопрос – прямое утверждение.
Я испугалась, но быстро собралась с мыслями. Лгать не было смысла. К тому же любопытство разыгралось с новой силой, а забывшаяся на время злость вспыхнула бунтующей искрой.
– Выходит, ты следил за мной?
Он ухмыльнулся.
– Ты задаешь неправильные вопросы. – Его лицо неожиданно приблизилось, заставив меня задержать дыхание. – Главное не действие, а причина, побуждающая совершить его.
Я сглотнула, едва вздрогнув, но не поддалась на эту провокацию, сказав лишь:
– Хочешь сказать, если бы я спросила, ты бы назвал все свои причины?
Я зло усмехнулась.
– Ложь! Ты всегда уходил от ответов, независимо от того, что о тебе думали другие. Тебя никогда не волновали чьи-либо чувства, кроме своих собственных.
Он кивнул, но отрывисто, зло и потерянно.