Хэйн бросил на меня насмешливый взгляд и лишь мотнул головой, заставив напрячься.
«Что ты задумал?..» – подумала я, когда мы вышли в едва освещенный коридор с несколькими дверьми. Это место совершенно не походило на богатую, усеянную лоском комнату. Скорее на подсобное помещение для персонала.
– Мы вряд ли можем здесь находиться, – предприняла я очередную попытку, пытаясь вразумить этого парня. Но он лишь весело хмыкнул.
В конце концов мы остановились, уперевшись в стену напротив.
– Это тупик, Хэйн, – ничего не понимая, сердито произнесла я.
Но он не ответил. Вместо этого достал из кармана брюк небольшой складной нож, а затем уколол себе палец, заставив каплю крови проступить на коже. Оглянувшись, он коснулся им кирпича, слегка отличающегося от других: у него не доставало маленького уголка. Настолько маленького, что если не приглядываться и не обращать внимания на каждую деталь, даже не заметишь.
– Что ты…
Договорить я не успела.
Стена перед нами неожиданно вздрогнула, а когда он убрал руку, медленно отъехала в сторону, словно так и должно быть.
Что здесь происходит?
Я сглотнула. Происходящее все больше пугало меня, заставляя теряться в различных догадках. Но вот Дэвилон дернул меня за руку, и я оказалась втянута внутрь.
Стена за нами с едва слышным скрипом захлопнулась. Здесь было темно, как в склепе. Но ведьмак быстро это исправил, создав светящуюся бабочку.
Это был старый (судя по запаху, разбитым кирпичам, опутанным паутиной, и стенам, в некоторых местах покрывшимся плесенью и пылью) тоннель. Однако реакция моего спутника не изменилась. Напротив, он уверенно вел меня вперёд, из чего я сделала вывод, что он уже был здесь. И, возможно, даже не один раз.
– Ты знаешь это место, не так ли?
– Восхищаюсь твоей догадливостью, – саркастично усмехнувшись, сказал он, по-прежнему не отпуская моей руки. Только этот жест совсем не выказывал теплых чувств, скорее наоборот, пленил.
Недовольно поморщившись (запах стоял просто удушающий), я нахмурилась.
– Что это за место?
– Довольно интересное.
– Хорошо, перефразирую: что мы здесь будем делать?
– Развлекаться, конечно же, – не теряя ослепительной улыбки, сказал он, заставив меня внутренне содрогнуться.
Кажется, эта ситуация уже выходила из-под контроля. Но я продолжала упрямо идти за парнем, все ещё надеясь, что это какой-то розыгрыш.
– Дэвилон, если ты… – угрожающе начала я, но осеклась на полуслове, заметив чью-то тень вдалеке.
Ещё несколько шагов и…
Перед нами предстал высокий грузный мужчина в черном строгом костюме. Совершенно непримечательная внешность, за исключением шрама, пересекающего большую часть его лица.
Хэйн достал из заднего кармана синюю переливающуюся карточку и показал мужчине. Этого хватило, чтобы он уверенно кивнул и, проделав странные манипуляции со стеной позади себя, играя на кирпичиках, как на струнах, открыл перед нами появившуюся из ниоткуда дверь. Без магии тут явно не обошлось.
Неоновая табличка, вспыхнувшая на угольном дереве, на этот раз гласила: «Pelliculatio».
Искушение.
– Приятного вечера, – басовитым голосом протянул мужчина, и Хэйн едва кивнул, совершенно позабыв о нем, потому что его вниманием всецело завладела идея того, о чем он так самозабвенно думал, безжалостно утягивая меня следом, как безвольную куклу.
Дверь позади нас закрылась. Привычная тишина неожиданно лопнула, погружая в мир, наполненный звуками. Играющая музыка была весьма громкой, хотя снаружи царило полнейшее безмолвие.
«Вакуумные щитки» – тут же поняла я, стоило припомнить увлекательные истории Дана о том, как они веселились с друзьями на первом курсе.
Я сосредоточилась, осмотревшись.
Все вокруг утопало в багровых оттенках, к которым изредка примешивался угольно-черный. В воздухе витали лепестки роз, от аромата которых едва заметно кружило голову. Танцпол, установленный в центре, был выполнен в форме шестиконечной звезды и своим рисунком напоминал лавовые потоки. Стоило танцующим совершить очередное безумное па, сильнее соприкоснувшись подошвой обуви о поверхность, и под ногами вспыхивали огненные искры. Они медленно разлетались по сторонам, сплетаясь в стихийном танце.
Иллюзия.
Звонкий смех, полушепот, приглушенный свет. Движения рук, ослепительное мерцание световых огней. Сигаретный дым, облачной дымкой витающий в воздухе. Звон бокалов, поцелуи, срывающие маски. Неприкрытое желание, угадывающееся в каждом атоме…
Вот где царило настоящее искушение.