– Тогда в первую очередь ты должна понять, что твои родители всего лишь хотели защитить своего ребенка и уберечь его от возможных бед. Как и мы с Дэрэком. Мы просто хотели защитить нашу маленькую девочку…
– Не понимаю. Как ты можешь так говорить? – Я действительно не могла принять тот факт, что она поддалась на их уговоры, а затем сама сочла подобное решение правильным. – Любой дар – это подношение Богов, наследие, в конце концов! Вы сами всегда так утверждали. Наш мир состоит из магии. Все вокруг живет и дышит ей! Она просто неотъемлемая часть всего сущего. Это ещё одно сердце, только из неосязаемой материи, без которого жизнь…лишена смысла, понимаешь?
Я сделала неуверенный шаг вперед, стараясь достучаться до неё и донести все те чувства, которые я скрывала столько лет. Чувство неполноценности и отчужденности преобладало больше всех. Эмоции обрушились на меня, словно цунами.
– Я знаю. Знаю, что ты чувствовала все это время. Но, милая, ты всегда руководствуешься эмоциями, поэтому упускаешь из виду главное. Магия – наша опора и наша сила. Но она же – наша кара свыше. Ничто не даруется в силу прихоти. Все имеет смысл, назначение и конец.
Я непонимающе мотнула головой, сказав:
– Что все это значит? К чему ты клонишь?..
Она тяжело вздохнула. Затем подошла ближе и крепко обняла меня, застигнув врасплох. Казалось, она хотела успокоить меня, забрать все беды и горести и в то же время удержать, чтобы я не смогла сбежать, наконец услышав то, что она так хотела донести до меня.
– Я просто хочу сказать тебе, что чаще всего мы идем на крайние меры из-за страха. Любовь к близким становится нашей силой и главной слабостью одновременно. Порой методы для достижения желаемого не имеют как такового значения, если тот, кого ты так сильно любишь, будет в конечном итоге счастлив. Хотя признаю: право собственного выбора должно быть у каждого. А мы лишили тебя этого. И я прошу за это прощения…
Она едва погладила меня по голове, затем поправила выбившуюся из хвоста прядь волос и мягко подтолкнула к огромной чаше. Она была в форме ромба, напоминая всевидящее око, и на широкой ножке в виде грифоньей лапы. Из-за черного мрамора вода, находящаяся в ней, казалась бездонной ямой, у которой нет конца и края. Едва склонившись над ней, я увидела собственное отражение: мои глаза лихорадочно блестели.
Айви подошла к определенному стеллажу и, отсчитав несколько книг, опустила руку на следующую полку и достала оттуда большой темно-зеленый талмуд. Надпись на нем была на ставрати – первом языке ведьм. Поэтому, как я не старалась понять, все без толку.
Айви положила книгу на небольшой столик прямо рядом с чашей. После чего взмахнула рукой, заставив её зашелестеть страницами. В какой-то момент они резко остановились. Большинство из них упало, оставляя в воздухе лишь одну единственную. Она вздрогнула, а затем плавно опустилась, обращая наше внимание на открывшийся портрет девушки. У неё были высокие скулы и волевой подбородок. Темно-карие глаза смотрели с непоколебимой уверенностью, которую она незримо излучала. От неё буквально исходила сила, указывая на то, что она одаренная. Но что-то в чертах её лица пугало. Словно в них отразилось противостояние светлого и темного начала. Её портрет навевал довольно странные ощущения.
Я невольно отшатнулась, едва не споткнувшись.
– Это твоя прапрапрабабушка. Селия Шаролин Онилл. Здесь ей примерно столько же, сколько и тебе.
– И как со всем этим связана моя прапрапрабабушка?
Я, конечно, слышала о ней. Как и о многих других родственниках. Но не могла припомнить ни одного факта из её биографии, который бы как-то отразился на нашем роде. Она не была выдающейся ведьмой. Но и посредственной её назвать было сложно. Скорее где-то посередине. Она построила весьма неплохую карьеру в совете и была одной из первых, кто помогал во время болотной лихорадки.
– Дело в том, что Селия владела не совсем обычным даром. Она была особенной не только среди своих, но и среди остальных существ.
Я непонимающе повела головой из стороны в сторону.
– Ты можешь перестать говорить загадками и сказать, наконец, прямо?
Айви на мгновение замялась, словно все ещё решалась – стоит ли говорить мне правду, несмотря на то что ещё не так давно просила у меня прощения. Но затем все же выдохнула и, посмотрев на меня, четко произнесла:
– Селия была шаэном, Лайникс. Одной из немногих в нашем мире, если не единственной, кто обладал даром «светлой ша». Он заключал в себе немыслимую силу, проявляющуюся в потоках света, способных принимать самые разнообразные формы и материи. Если так можно выразиться, то «светлая ша» происходит от самой Матери и считается её внутренним воплощением.