Кайдан все ещё прожигал меня загадочным взглядом. Поэтому я не выдержала и спросила:
– О чем ты? Не делать как?
– Вот так, – в очередной раз загадочно произнес он, и я не удержались от того, чтобы не съязвить:
– Ты же в курсе, что я не провидица?..
– Ты же в курсе, что выдержка демонов весьма преувеличена? Но, так или иначе, продолжаешь меня испытывать.
– Тогда тебе не следует меня провоцировать, – с загадочной ухмылкой на губах, весело произнесла я.
Наши глаза встретились. И в этот момент мы оба поняли, о чем хотели сказать друг другу.
Демон усмехнулся.
Я опустила взгляд, улыбнувшись уголками губ.
На улице уже смеркалось. В окнах зажигалось все больше огней, ставни закрывались. Рабочая атмосфера постепенно исчезала: гомон уличных торговцев постепенно затихал, все меньше было слышно цокот лошадиных копыт, вывески пекарен переставали гореть.
Несколько минут мы соблюдали эту уютную тишину, когда суета дня превращалась в умиротворенность ночи. Но затем слова признания сорвались с губ так свободно и легко, что я даже не сразу осознала это.
– Я шаэн…
Кайдан вдруг остановился. Замер напротив. Его руки не касались меня, но взгляд…Казалось, он ласкал каждый участок моей кожи. В его глазах скрывалось восхищение: не слепое обожание, а скорее некая гордость.
Он вдруг усмехнулся, и я окончательно растерялась.
– Как это понимать?
Я уже приготовилась к наступлению, но он опередил меня, неожиданно сказав:
– Ты всегда была особенной, Лайникс.
«А ты всегда казался головоломкой, разгадать которую невозможно», – так же внезапно подумала я, глядя в его сумасшедшие аметистовые глаза.
В этот момент остались только мы вдвоем: мир отошел на второй план, перестав что-либо значить для меня. Потому что там, где был он, все остальное превращалось в ничто.
– Кайдан, я…
– Идем, а то можем все пропустить, – резче, чем следовало бы, сказал он, прежде чем я успела бы закончить свою мысль, обличив ее в очередное признание.
«Ну что за идиотка?» – растерянно подумала я и послушно последовала за парнем, думая о том, что в последнее время творилось с моей жизнью, что происходило в моей голове и что чувствовало мое сердце.
Похоже, я запуталась во всех аспектах. Или…просто не хотела смотреть правде в глаза, чтобы не столкнуться с жестокой реальностью и избежать возможных последствий.
Однако…
Я знала, что рано или поздно мне придется это сделать. И, наверное, впервые за долгое время я была готова к этому.
<><><>
Мы стояли напротив самого высокого здания в городе. Это была башня высотой около ста метров, её называли «Твил-Холл». Сейчас она находилась на реконструкции, как и большинство других городских объектов. Раньше она была вышкой для наблюдения и помогала в обороне. Пару лет назад в ней установили огромные огненные часы, которые оповещали горожан о наступлении праздничных дней или созывали на площадь, сигнализируя об общем сборе. Теперь в ней планировали открыть несколько свободных помещений, чтобы сдавать в аренду для швейных мастерских, булочных, художественных галерей и других ремесел. А в самом её сердце, там, где от одного только вида захватывало дух, планировали создать цветочный ресторан.
Сейчас это место выглядело заброшенным: рабочий день уже был окончен, все разошлись по домам. Бо́льшая часть здания была завешена плотной тканью, в то время как другая покрыта прозрачной пленкой. В воздухе витала пыль, повсюду была грязь, а сквозь небольшое окошко на первом этаже можно было разглядеть строй материалы и несколько мешков с фоки – маленькими шариками с переливающейся внутри жидкостью, которая помогала рабочим без особого труда устранять самые въевшиеся пятна плесени и другие факторы, влияющие на внешний вид любого объекта.
Мы стояли прямо возле огромных двустворчатых дверей. Я подняла голову и недоверчиво посмотрела на верхушку строения, невольно содрогнувшись. Высота этого здания поражала воображение и в то же время вселяла чувство страха.
– Так…Зачем мы здесь?
– Ты мне доверяешь? – неожиданно спросил он, оказавшись рядом.
Я сглотнула, стоило его аромату окутать меня, словно пушистое покрывало, и уже хотела кивнуть. Но не удержалась от маленькой шалости, когда произнесла: