— Сделка определенно состоялась. Он лишь в одностороннем порядке изменил условия.
— Как изменил? — Нимуэ вздрогнула.
— В смысле в одностороннем порядке? — Вики захватила взгляд Люцифера.
— Молодец, Уокер, ухватила суть, — злобно произнес Люцифер. — Он использовал её согласие на сделку в своих интересах, — демон кивнул в сторону Нимуэ.
— Я не соглашалась, — тихо произнесла ангел.
— Ты - предложила. Ему этого достаточно, — ответил Люцифер.
— И что это теперь за условие? — Нимуэ смотрела в бокал, словно пыталась разглядеть на его дне ответ на свой вопрос.
— А вот это ты узнаешь завтра, на официальной аудиенции, — Люцифер развел руки в стороны, показывая, что даже ему не доступен ход мыслей его отца.
— И что нам теперь делать? — спросила Вики.
— Молиться, чтобы он не послал её кого-нибудь убить, — мрачно произнес Люцифер.
— Серьёзно?
— Нимуэ, он - Сатана! С ним всё - серьёзно! О чём ты думала, предлагая сделку? Твоя ситуация не была безвыходной.
— Но…
— Я даже говорить не хочу на эту тему. Вы меня разочаровали.
— Надо же, второй отец! — Нимуэ хмыкнула.
— А ты поговори мне тут еще…
— Люцифер! — Вики повысила голос.
Люцифер смерил Уокер уничтожающим взглядом, и снова встал, меряя шагами гостиную.
— Ладно. Слушай меня внимательно, Нимуэ. Завтра, как только придешь к отцу…
Нимуэ ещё раз осмотрела себя в зеркале. Ещё раз прокрутила в голове слова Люцифера. Мотнула головой, из стороны в сторону, разминая шею, и вышла из дома. Мысленно запирая все свои чувства в незримую сферу, выстраивая защиту, как ей показал Люцифер.
Дверь уже не распахивалась сама. Ей пришлось постучать. Но не едва слышно, словно мышка, что скребет под половицей. Громко и уверенно, как говорил Люцифер. Открывшаяся дверь, два шага. И она замерла, четко напротив его стола, не отходя от двери, держа перед собой в руках его письмо. Она мимолетно осмотрела его. Абсолютно бесстрастное лицо, чёрные глаза, и ни намека на былое добродушие. Сегодня она - провинившийся проситель, а не желанный собеседник. Сегодня она - самый последний ангел в его личной иерархии ангелов. Нимуэ склонила голову, и замерла в этом положении. Ожидая дозволения поднять взгляд.
— В нашу первую встречу, я вас предупреждал, что если мне не понравится то, что я вижу — я завершу всю эту вашу затею с конкурсом в одностороннем порядке. Чём я и собираюсь заняться, завтра в десять утра на поляне возле своего дома. Пара метких выстрелов решит исход всего конкурса. Надеюсь, вы в состоянии обеспечить явку ваших участниц?
— Да. Безусловно, — спокойно и уверенно ответила Нимуэ, поднимая на него свой взгляд.
Он наслаждался тем, что видел. Её бледное лицо, почти слившееся со светло-серой тканью её костюма, легкие тени под глазами. У неё была бессонная ночь, вызванная его письмом. Он хотел, чтобы она была бессонной. Мучительной - выматывающим ожиданием. И сейчас он наслаждался, понимая, что цель достигнута. Однако, к его удивлению её дерево было спокойным. Равнодушным. Замершим в пространстве. Ни гари, ни тления. Лишь легкий аромат кислого мёда, что давали желто-зеленые соцветия. Ни страха, ни метаний, ни удивления. Равнодушие. И это его злило. Он не мог понять, почему ожидая почувствовать презрение и разочарование, он чувствовал лишь злость? И почему ощущая это чувство, ощущая её безэмоциональность сейчас, он злился всё больше, желая всколыхнуть её кроны, и разорвать в клочья её спокойствие.
— Надеюсь, что это так. На сегодня это всё. Вы можете быть свободны.
— Хорошо, — Нимуэ склонилась в легком поклоне. Выпрямилась, и развернулась к двери. Мысленно молясь, чтобы слова Люцифера оказались верными. Чтобы он не просчитался.
«Запереть все что можешь, любое чувство, эмоцию, мысль. Не дать этому просочиться и всколыхнуться. Он не должен ничего почувствовать. Стоит тебе дать слабину - и он тебя уничтожит. Стоит ему почувствовать твой страх - и он тебя уничтожит. Стоит ему почувствовать любое колебание твоей энергии - и он тебя уничтожит. Он уважает силу. И если ты её покажешь - это единственное, что может тебе помочь. Подобная сила в ангеле - возможно - его слегка удивит. И - возможно - это будет твой единственный шанс избежать ужасных последствий…»
Спокойна. Холодна. Равнодушна.
А ожидалось, что будут взволнованный взгляд, вопросы и терзания. Она не могла не понять, что сделка состоялась. Но она даже не попробовала выяснить условия. Великолепное самообладание или невероятная глупость? Чаша весов склонилась к самообладанию, вызывая чувство легкого удовлетворения от её возможности держать себя в руках. Она достойно держала его удар. Она действительно его «чувствовала». Он несколько раз ловил себя на подобной мысли, и именно это он видел сейчас.
Она знала, что её вопросы ни к чему не приведут.
Поэтому - не спрашивала.
Она знала, что её терзания лишь усилят его разочарование.
Поэтому - спокойна и холодна.
Но её равнодушие его злило.
Она сделала еще шаг и взялась за ручку двери кабинета.
— Условия вашей сделки вам передаст Рондент.
Она почувствовала, как сердце пропустило удар. Но сейчас было не время. Она медленно отпустила ручку, и так же медленно повернулась лицом к нему.
— Если позволите, я бы хотела услышать условия от вас лично, — она слегка передернула плечами. — Вы здесь, как одна из сторон, я здесь, как другая из сторон, отведенные мне полчаса вашего времени еще не истекли. Рондент не нужен, мы можем решить все так же, как и начали, вдвоем и без свидетелей.
Самаэль замер. Кроны её дерева даже не всколыхнулись. Глаза опять казались безжизненными, хотя он точно знал, что там, в глубине этих глаз, сейчас, скорее всего, серебро плавится на полыхающем огне её скрытых чувств. Её внутренняя сила его немного удивляла. Он никак не ожидал увидеть нечто подобное в ангеле. Хотя, учитывая все, что он о ней знал, она — была способна. Она прекрасно понимала, что сейчас она в его власти. Целиком. Полностью. Находясь в полной неизвестности. Но страха он не чувствовал. Он вообще ничего сейчас от неё не улавливал, прекрасно понимая, что она выстроила защитный барьер. Он мог сломать его, легко, играючи. Но то, что она его выстроила, идя сюда сегодня, давало ему понять, что она четко знала, куда и зачем она идет. И она примет всё, что он ей уготовил, без страха и ненужных эмоций.
Холодно и равнодушно.
Но так не пойдет.
Это его мир, его правила.
И его странная злость.
Он в долю секунду изменил условия сделки. В третий раз. Условия одной и той же сделки. Понимая, что сейчас он действительно хочет того, что решил запросить.
— Хорошо.
Она вскинула подбородок и замерла, глядя прямо ему в глаза. Собираясь принять его приговор с высоко поднятой головой и открытым взглядом, где нет ни капли страха. Где нет ничего… Ни одной эмоции…
— Ваша часть сделки весьма проста и незамысловата. Поцелуй.