Больше следов от нежданного купания не осталось. Мила позвала Нюру и попросила приготовить ванну.
— Не задалося чего? — спросила та, заметив порванное платье.
— Да, как-то не так я себе всë представляла, — грустно согласилась Мила.
Они перешли в ванную комнату. Большая купель медленно наполнялась горячей водой с густым вязким варом. Нюра закрутилась возле шкафчика с солями и маслами, добавляя то одного, то другого. А Мила устроилась на кушетке, поджала под себя ноги и наблюдала за служанкой.
Наконец та закончила приготовления, комната наполнилась тëплыми цветочными ароматами. Пока вода ещё набиралась, Нюра отважилась задать несколько вопросов, которые не оставляли в покое еë любопытство.
— Позвольте спросить, госпожа? Так и что ж с приëмом? Неужто за зря столько времени собирались?
— Да, получается, что зря.
— И тот кавалер…
— Не надо, про него, Нюра, — отрезала Мила. — Вечер выдался отвратительный, и про подлецов я вспоминать не хочу.
— Уж не он ли платье порвал?
— Нюра! Ну какая же ты любопытная! Что ж ты всё выпытываешь?
Нюра рассмеялась, будто от хорошей шутки. Принялась рассматривать свои мозолистые пальцы. Похоже, выводы она сделала свои и настолько неприличные, что они пëстро раскрасили еë пухлые щëки румянцем.
Распаренная после ванны Мила долго не могла уснуть. Вроде и устала за день невыносимо, и мысли поначалу затихли, а только всë равно лежала и глядела в потолок.
Вскоре вспомнился поцелуй с Фринном. Такой нежный, короткий, способный превратится в нечто большее, но оборванный в самом начале. А потом падение в воду и пробуждение на пляже. Как же всё быстро изменилось. Стремительно Фринн превратился из храброго искателя, в человека, который лишь ждëт, чтобы залезть беззащитной девушке под юбку. Кто знает, где побывали его руки, прежде чем Мила пришла в себя. Ужас!
А ведь как умело Фринн втирался в доверие. Понял, чем Мила интересовалась, и нагло этим пользовался. Истории про опасные приключения и про отца. Даже книгу его вспомнил. Сама Мила еë читала давным-давно, ещё в детстве, и слегка приврала, будто знает, о чëм речь.
А как называлась та книга? Кажется, «Древние»?
Мила уже не могла лежать спокойно. Стало интересно, что же написал отец? И впрямь он нашëл следы более развитой цивилизации? А если это правда, то какие они? Чем отличаются от нынешней?
В итоге Мила не выдержала и отправилась за книгой в отцовский кабинет. Тот находился сразу за гостиной, где ещё час назад горел свет. Теперь же Максим ушёл спать, оставив после себя кипы книг на журнальном столике да наполовину заполненную тетрадь с заметками. Вечно он так: перетащит половину библиотеки в гостиную и сидит, как крот, выискивает какие-то факты. А попросишь убрать, так сразу глухим притворяется или завтраками кормит.
Из гостиной, через библиотеку с полупустыми полками Мила добралась до кабинета и включила свет.
Напротив двери стоял лакированный дубовый стол. Настолько большой, что на нëм запросто уместились бы два человека. В отсутствии отца на нëм оставались лишь стопка бумаг, каменная подставка для карандашей и ручек, чернильница. И лампа, похожая на кряжистое дерево. На конце каждой его гибкой ветви были встроены светящиеся жемчужины.
Сразу за столом возвышалось панорамное окно, через которое виднелся задний двор с небольшим прудом.
Вдоль двух стен по бокам кабинета тянулись двухэтажные стеллажи с книгами. По полам их делил балкон с деревянной оградой, что шëл по периметру комнаты. А забраться на него можно было по винтовой лестнице справа от входа.
Отец очень не любил, когда кто-то брал его книги. Следил он за этим строго и неведомым образом всегда замечал, если это правило нарушали. И лишь когда он уходил в экспедиции, в кабинет отваживались заходить Мила и Максим. Им всегда казалось, что самое интересное именно здесь, а не в библиотеке.
При виде сплошной череды книг на полках, возникал вопрос: где стояла нужная? Мила прошла вдоль стеллажей с левой стороны, рассматривая корешки. Научные статьи, собранные за десятилетия, в толстых коричневых обложках с золотым оттиском номера тома; монографии великих и не очень великих искателей; диссертации географов, судостроителей, инженеров-механиков. Это могло заинтересовать, кроме отца, разве что Максима. Впрочем, тот наверняка уже всë перечитал. А художественной литературы почти не было. Десяток томов приключенческих романов и полсотни научно-фантастических. Подарки писателей за дружбу или консультации.