Внезапно входная дверь в прихожей с грохотом распахнулась, послышались быстрые тяжëлые шаги. Максим — определила Мила — взлетел по лестнице и забежал в свою комнату.
— Сдурел, что ли? — пробубнила Мила.
Она уже хотела пойти и расспросить его, что произошло, но замерла. Выпуск новостей прервался на срочное сообщение:
— Сегодня ночью было совершено нападение на хранилище Императорского Совета Искателей. По сообщению официального представителя Управления Городского Ссыска жертвами злоумышленника стали восемь человек, в том числе и председатель Верховной Коллегии Искателей Раймонд Хопф. Пострадали ещё, по меньшей мере, пять человек. Похищен ценнейший артефакт — осколок Сердца Дэва. По предварительной версии налëт является делом рук Дмитрия Гребника, пропавшего после событий в Академии Малнис. Если вам что-то известно о человеке, которого вы сейчас видите на своëм экране, сообщите на горячую линию.
Одну половину экрана заняли фото доктора Гребника, на второй появились телефонные номера.
Мила ощутила, как пол уходит из-под ног. Перед глазами сгустилась пелена. Не помня себя, она вскочила и бросилась к брату.
— Максим! Макс! Что происходит? — кричала она.
Ворвалась к нему в комнату, когда Максим уже застëгивал плотно набитый рюкзак.
— Ты куда собрался?
— Мил, вот не до тебя сейчас. Я за Фринном, он не должен уйти! — спешно проговорил Максим.
— Это из-за осколка? Только что по новостям сказали, что его похитил доктор Гребник.
— Мне некогда!
Максим закинул рюкзак за плечо и хотел выйти, но Мила перекрыла ему дорогу. Скрестила руки на груди.
— Ты никуда не уйдëшь, пока не скажешь, что происходит.
— Мила! Через час из порта отходит корабль Валенберга. Если я не попаду на него, то за Фринном потом не угонюсь.
— Так прекращай препираться!
— Ладно! К чëрту! — Максим со злостью кинул рюкзак на пол. — Гребник и правда напал сегодня на совет, но почерк у него был Фриновский. Разорванные тела, кровь везде. Меня внутрь не пустили, но там и через дверь всë видно.
— Как Гребник может быть связан с Фринном? Он тоже заразился этим проклятием?
— Понятия не имею, но осколок теперь у него. Фринн наверняка его ждëт в какой-нибудь укромной бухте. Я попрошу Валенберга пройти вдоль берега. А там видно будет.
— А одежда зачем? — кивнула Мила на рюкзак. — Великоват багаж для короткого рейда.
— Если мы не отыщем Фринна сразу, то придётся искать дальше. Я не отступлю. На кону слишком многое!
Мила посмотрела ему прямо в глаза. Минуту молчала, не решаясь на такой же шаг. Но оказаться трусливее брата она не могла. Потом ведь с этим жить, папе как-то объяснять.
— Меня подожди. Я быстро соберусь, и вместе поплывëм, — сказала она наконец, зажмурившись.
— Ты серьëзно?
— Да! Иди пока маме объясни, куда мы и зачем.
В дальние странствия Мила не собиралась никогда, но интуиция подсказывала, что брать лучше надëжные вещи. Потому в гардероб с платьями она даже не заглянула. Достала несколько кофт и брюк из комода, выбрала единственный флакон с духами.
Когда сумка была уже почти собрана, Мила подумала, что стоит предупредить Олега. Вряд ли он обрадуется, если она исчезнет, не сказав ни слова.
На звонок Олег ответил быстро.
— Слушай меня и не перебивай, — предупредила его Мила, не дав рот открыть. — Мы с Максом отправляемся на поиски Фринна. Если сыщики не могут его найти, это сделаем мы. Я надеюсь, мы справимся быстро, но всё возможно. Так что помни, я тебя люблю и скоро вернусь. Вот.
— Мила, ты о чëм вообще? — поразился Олег. Такая бурная речь его ошарашила. — Куда вы собрались? Зачем?
— Я уже всё сказала, — закатила глаза Мила. — Повторять нет времени.
— Так это… Ну…
— Всё, Олег. Целую. Как смогу, позвоню.
Мила отключила связь и долгим взглядом посмотрела на своë отражение. Потом вздохнула, подхватила сумку и отправилась навстречу приключениям.
Озарëнный полуденным солнцем Адамар, светлым ковром развалившийся на трëх холмах, теперь был как на ладони. Множество маленьких домиков, тесно прижатых друг к другу, район небоскрëбов, напоминавший молочный коктейль с множеством вставленных в него трубочек, извилистая лента реки, пересекавшая город ровно посередине. Такой родной Адамар казался совсем игрушечным, нарисованным.
Мила припала к борту брига «Мистерия» и безотрывно следила, как Адамар удаляется. Печаль и волнение переплетались в еë душе в тугую нить. А в голове навязчиво крутился вопрос, почему же Мила раньше никогда не покидала город? Это ведь так просто.