— Собирай! — велел мне Волчара. — Как раз для твоего доспеха надо.
Тихо радуясь, что сама не обратилась в головешку, я ползала по пеплу, собирая лут, а за мной гонялся Манул, чтобы подлечить ожоги. Потом я вытерла от копоти меч и подумала, что прежний хозяин наврал: никаких рун на клинке не было — ни приличных, ни неприличных.
Робин охала над подкопченной Рушей, Анаид сторожил. Надья стояла в стороне и дулась:
— Опыт ваш, лут ваш, а мне что? Дайте пару тысяч, а то на лошадь не хватает…
Нате вам, здрасте, началось в колхозе утро. Есть такой тип назойливых игроков-побирушек, школоты по большей части, которые ходят и ноют, что им на что-то не хватает… А еще они вступают в гильдию, обчищают гильдейский банк и сваливают, чтобы обобрать следующую гильдию. Играть и зарабатывать в игре они точно не умеют, зато виртуозно ноют и публично обижаются на тех, кто их отшил. Неужели нам удалось нарваться на такую?
Но Надья, быстро прекратив нытье, то стряхивала с Волка грязь, то совала ему мазь от ожогов, полностью игнорируя остальных.
— Хватит уже, пойдем, — рыкнул Волчара, — не могу я тут до Рождества торчать. У меня таймер, жену встречать с работы нужно.
И припустил по буеракам и колдобинам так шустро, что мы едва за ним поспевали.
Пришлось очко, пришедшее с уровнем, впихнуть в бодрость. А из способностей — взяла «мельницу», когда все, находящиеся в полутора метрах от меня, получают от цвайхандера двойной урон. Держитесь, белочки!
При этом я умудрилась ободраться об обожженные торчащие сучья, сбила большой палец на правой ноге и перемазалась в золе и копоти.
Робин, старающаяся не следовать отрицательному примеру, скакала воробушком от одного безопасного места к другому.
— Может, там уже все погорело? — ворчал Манул, выкусывая занозу из лапы. А вот маг гордо ехал на элементале, пока тот не сложился и не утек в золу.
Сгорело отнюдь не все. Вскоре нам стали попадаться обломки и раскиданные вещи. Но Волчара неутомимо гнал отряд вперед.
Чем хороша патька — проходишь по монстрам, как по паркету, разве что с боссами приходится повозиться. Чем плоха патька — не успеваешь остановиться, задуматься, пособирать вкусное — компанию гонит к новым приключениям.
— Потом подберете, — прикрикнул Волк. — Надо цопнуть самое главное, а то найдутся любители!
А ведь найдутся готовые скрысятничать из-под носа, и даже вздрючить их в PvE не всегда разрешено. Остается только в чате шипеть от бессильной ярости. Потому мы ускорили шаг.
Если на обломках и ожидался гнусный непись-босс, то нет. Даже трупов не было. Только почерневшие листы оторванной обшивки, ушедшие в землю до половины — все, что осталось от пурпура и золота. И мы трое еще раз тихо порадовались, что не полетели. А то бы сейчас сгребали с земли свои обгорелые тушки. А наш спутник уже нетерпеливо топал копытом у пролома в стенке корабля, призывая полезать внутрь. Вручил факел Надье (хоть статую с нее ваяй — девушка с канделябром):
— Держи. Если уронишь или погасишь — убью!
И, согнувшись, первым полез в дыру.
Спускаться было трудно. В любой момент обломки могли поехать под ногами, пол — подломиться и разойтись. К тому же одного факела было маловато. И как только Надье удавалось балансировать с ним и не уронить?
На жирную копоть, грязь, обгорелые тела экипажа, которые вдруг стали попадаться, мы просто не смотрели. Волчара перся вперед, точнее, вниз с целеустремленностью бульдозера, и остальные едва за ним поспевали. К тому же не покидало меня чувство, что в кабине пилота ждет нас крупная гадость.
На пороге этой самой кабины Волк резко замер, поводя головой. Робин отерла пот с лица. Я подумала, что в тесноте с цвайхандером не развернусь или задену своих, и вытянула нож. Анаид шумно вздохнул, Манул занял место за нашими спинами.
Видно, найдя глазами искомое, наш проводник спрыгнул в самый низ, где предметы перемешались в кучу неопознаваемого хлама, и принялся их раскидывать. Надья торжественно держала над ним факел.
Мой взгляд зацепил кусок алого измятого крыла — все, что осталось от гордого капитана. Робин подняла перо и поделилась с нами квестом: