То, что может — вне всяких сомнений. Девушка характер парня знает на зубок. И отлично представляет на что тот готов.
— Я сейчас выйду.
Когда шумная компашка перемещается дальше по коридору, она в очередной раз задумывается, нужно ли ей подобное общество. Но ведь это ее единственные «друзья», а становится изгоем Лейле совсем не к лицу. Она слишком привыкла к вниманию и всеобщему восхищению.
— Может слезешь?
Упирается ладошкой в твердую мужскую грудь и понимает — лучше бы этого не делала. Все тело опаляет жаром.
К огромному удивлению, охранник послушно капитулирует. Спрыгивает с кровати и отходит к дальней стене. Некоторое время стоит без движения, а потом быстрым шагом направляется к выходу. Дверь хлопает с силой. А Лейла остается одна. Оглушенная и совершенно сбитая с толку.
Все происходящее в голове просто не укладывается. Еще немного трясущиеся руки поправляют кофту, которая успела задраться, хотя она этого даже не почувствовала. Почему он снова так с ней поступил? Стоит ли ей задуматься над причинами его поведения? Впрочем, все, итак, ясно. Как белый день. И от мысли об этом на душе становится невероятно тошно.
Лейла проводит ладонью по растрепанным волосам, трогает слегка припухшие губы. Как он ее целовал! Как настоящий зверь. Жадный и ненасытный. А она. Ведь ни капли не испугалась. И даже сопротивлялась совсем не натурально. Почему? Потому что тоже хотела. Хотела этого мужчину? Этого дворового, цепного пса? Совершенно ей не подходящего.
Голова сама падает на ладони, и хочется утонуть в этом чувстве собственной ничтожности, слабости и бессилия. Неужели и правда она перед ним совершенно бессильна. Неужели и дальше будет играть по его правилам. Разве она когда-либо раньше была такой?
Девушка гордо вздергивает подбородок, поднимается с кровати и направляется к двери. Ну что ж, если ему так хочется поиграть, то в ее лице он найдет достойного соперника. Хитрого, изобретательного и очень коварного. А кто может быть коварнее униженной и оскорбленной женщины?
На просторном дворе роскошной загородной вилы творится истинная вакханалия. Кажется, кто-то решил устроить мокрую вечеринку. Только вместо воды парни обливают девчонок из бутылок с шампанским. Дорогим и коллекционным. Лейла отлично знает эту марку, так как отец ценитель хороших вин. Невооруженным взглядом заметно — эти дети совершенно не знают счета денег.
Лейла замечает за собой неприятное, несвойственное ей занудство и настроение портится еще больше. Когда это она успела превратиться из молодого жизнерадостного подростка в старую ворчащую бабульку? В конце концов это не ее деньги и не ей их считать. Однако, к всеобщему веселью присоединяться не хочется.
Окидывает взглядом пространство, но своего охранника нигде не находит. Впрочем, здесь, итак, полно телохранителей. Территория ими просто кишит. Интересно все родители богатеньких детей так пекутся об их безопасности? Или это только Нику столь повезло? Нику и ей.
Руки, внезапно обхватившие ее со спины, утаскивают в круговорот веселья, вкусной еды и алкоголя. Лейла никогда раньше не пила спиртного. Даже в клубах обычно ограничивалась фруктовыми коктейлями, несмотря на смех и подшучивания всех остальных. Просто не хотелось, да и вкус, мягко говоря, не нравился.
Но сегодня явно не ее день. Поэтому стопку, протянутую уже далеко не трезвым Ником, берет без колебаний, опрокидывает в рот и залпом выпивает. Горло раздирает обжигающим горьким вкусом. Девушка закашливается и, наверное, поэтому не замечает хитрую, удовлетворенную улыбку того, кого раньше всегда считала другом.
Темнота обволакивает. Но это не уютный, комфортный кокон. А нечто давящее, пугающее, парализующее. Хочется кричать. Но звук не идет. Хочется понять. Но в голове полный туман. Неужели она так напилась, что теперь постигает последствия пресловутого и банального похмелья. Настораживающее шуршание ткани вырывает из оцепенения.
Лейла открывает глаза, оглядывается и понимает, что находится в комнате. Очень похожей на ту, что предоставили ей. Только интерьер отличается. Другая мебель. Да и расставлена по-другому. Под спиной ощущается мягкость матраса. Она лежит на кровати? В изголовье тускло горит ночник. Когда успело стемнеть?
Шторы наглухо закрыты. Поэтому не понятно день сейчас, на самом деле, или ночь. Впрочем, не это сейчас является главной задачей. Потому что вся происходящая ситуация начинает медленно, но неуклонно обрисовываться в ее мозгу. Интересно, как она могла в такое вляпаться? Хотя доля высоко градусных напитков, что они здесь употребляли, явно сыграла свою роль. Не зря говорят — алкоголь зло.