– Вы ведь не отдадите меня? Только не это! Пожалуйста. Я люблю мужа и хочу вернуться к нему.
– Это будет забавно, – ухмыльнулся ван Доррен, – но нет. В Сертею ты не вернешься. А вот отдавать ли тебя брату, я еще не решил. Вот, – вампир распахнул передо мной одну из дверей, – это твоя комната. Можешь осмотреться, привести себя в порядок. В гардеробной найдешь все необходимое. Обед ты пропустила, распоряжусь, чтобы слуги принесли чего-нибудь перекусить.
– А…
– Особый десерт будет вечером, потерпи, – перебил дорриец.
Я вовсе не это хотела спросить. Я хотела узнать о судьбе Ксении и сестры.
В нерешительности замерла посередине комнаты. Осматривалась, а на деле, прислушивалась к тому, что происходило за дверью. Не думала, конечно, что ван Доррен станет подслушивать. Но то, что он некоторое время стоял там и что-то делал, ощущала кожей. Или как это у вампиров? Особым чутьем. Находящихся неподалеку живых существ распознавала на инстинктивном уровне. А уж доррийца, с которым теперь связывало нечто большее, чем родственные узы, подавно. В присутствии Велмира мне и дышалось тяжелее. Так что, когда он ушел, сразу почувствовала облегчение.
Беглый осмотр комнат показал, что условия проживания вполне приемлемые. Не хуже, чем покои в сертейском дворце. В гардеробной нашлось немало вещей, чтобы переодеться. Однако за порог я и шагу не могла ступить без разрешения. Дверь не запиралась, но невидимый барьер не давал высунуть носа наружу. Та же история с окнами.
Магия! Вот чем занимался ван Доррен! Запирал клетку, чтобы птичка не упорхнула. Значит ли это, что и войти ко мне никто не сможет? Было бы неплохо. В скором появлении Кальмина не сомневалась. И если магический барьер не пропустит его внутрь, что же, согласна сидеть в комнате безвылазно.
С последним утверждением погорячилась. Уже через полчаса не знала, чем себя занять. Безумно хотелось помыться. За то недолгое время, что я провела в подземелье, казалось, насквозь пропиталась сыростью и запахом мышиного помета. Останавливал тот факт, что покои не запирались изнутри, а это значило, что ко мне мог кто угодно вломиться без предупреждения. Тот же Велмир ван Доррен. Я все ждала, что он вот-вот вернется, но никто не приходил.
А ведь клыкастый обещал покормить, – недовольно поджала губу, царапнув ее неудобно выпирающим клыком.
Победило желание быть чистой. Все равно о появлении незваных гостей узнаю первой. Поэтому прихватив одно из платьев, что надевалось без посторонней помощи, забаррикадировалась в ванной. Конечно, конструкция из банкетки, вытащенной от кровати, стула и пристроенного на нем серебряного кувшина никого не задержит. Но хоть шум создаст.
С большим удовольствием понежилась в горячей водичке. Сунув нос практически во все обнаруженные баночки, теперь благоухала целой какофонией запахов. Косметические средства, на удивление, были не из дешевых, так что я получила маленькое удовлетворение оттого, как бессовестно израсходовала бо́льшую часть запасов. По возвращении обнаружила в комнате горячий обед.
А ведь никто не заходил в комнату! Значит, магия.
Задумчиво расправляясь с тушеными овощами и добрым куском мяса, помрачнела. Первый шок после похищения прошел. Стали появляться резонные вопросы.
Для чего я ван Доррену? Чтобы насолить императору? Для этого хватит Ксении. Порадовать братика? Так сам же ясно дал понять, что не собирается ему отдавать. Брр, – поморщилась. Стало противно, что рассуждаю о себе, как о вещи. – Да что за напасти! Сначала Максимус игрушкой сделал, теперь Велмир строит непонятные планы. Подумаешь, кровь он родственную учуял! Я ведь не просила. Свалился родственничек на мою голову! Там Ксавьер переживает, с ума сходит. А я тут прохлаждаюсь. Эх…
Из-за ничегонеделания промаялась до вечера. За это время передумала столько, что самой страшно стало. На нервной почве даже побуянила немного, пробуя на прочность стены, двери и окна. Зачарованы те оказались на совесть. Пострадали только мебель да обивка. Магический вестник от доррийца, чтобы приоделась для ужина, восприняла, как вызов.