Девушка секунду смотрела на меня, а потом пожала плечами.
– Не думаю, сейчас это не имеет значения, – задумчиво сказала она. – На самом деле меня зовут Мист.
– Мист, значит? Ты ужасно молода, чтобы идти на такое задание без подмоги, – я ухмыльнулся. – Это твой экзамен, детеныш, или настоящие агенты убивают беззащитных детишек, пока они спят?
Она еще раз еле заметно улыбнулась.
– У тебя не получится разозлить меня и заставить проговориться, Кобальт. Кроме того, ответ на этот вопрос тебе известен так же хорошо, как и мне.
И правда. Но от этого методы борьбы организации с моей персоной становились еще более вероломными. «Коготь» не мог отправить за мной настоящего агента, потому что я знал их всех. Если бы в городе появилась Лилит или кто-то еще из отряда «Гадюк», я бы исчез сразу же, как только узнал об этом, – разве что некоторое время потратил бы, пытаясь убедить одного упрямого рыжеволосого детеныша исчезнуть вместе со мной. Даже необязательно, чтобы в окрестностях появилась именно гадюка – я бы мгновенно насторожился при появлении любого дракона из моей старой жизни, будь то гадюка, василиск, хамелеон или ящер. «Когтю» известно, что я не доверяю его агентам, поэтому, чтобы усыпить мою бдительность, они вынуждены были отправить на задание детеныша, которого я еще не видел и которому захочу помочь.
Я должен был это предвидеть. Я знал, что «Коготь» будут раздражать мои выходки. Потеря даже одного или двух детенышей в год сильно ощущалась, учитывая, насколько в организации мало агентов. Но организация славится своей хитростью, они – непревзойденные мастера манипуляции. Они виртуозно умеют отыскивать слабости своих врагов и использовать их против них. Они заманили меня в ловушку, зная, что я проглочу эту приманку. Двое детенышей, которые попали в неприятности. А я купился. Болван. Я был слишком уверен в себе, и теперь за это расплачиваюсь.
К счастью, у меня тоже осталась пара козырей в рукаве.
– Умно, – отметил я, глядя на Аву – на Мист. – Засада солдат Ордена была отлично поставлена. Все казалось совершенно реальным. – Мист ничего не ответила, и я вздохнул. – Мы можем всю ночь играть в эти игры, – сказал я, незаметно засовывая пальцы в один из рукавов куртки и чувствуя вокруг него наручник. – Но я устал, у меня все болит, и я немного раздражен, так что давай продолжим. Что тебе от меня нужно? Или, точнее, что от меня нужно «Когтю»? – брови Мист взлетели вверх, и я закатил глаза. – Не притворяйся. Если бы организация просто хотела моей смерти, я бы уже был мертв. Они бы не пошли на все эти хлопоты, только чтобы подставить меня. Что нужно «Когтю»?
Мист перестала прислоняться к столу. Теперь она была серьезна, а ее взгляд стал жестким и холодным.
– Местонахождение всех твоих пристанищ, – сказала она, и от ее слов у меня внутри что-то оборвалось. – Каждого из них. Где они находятся, сколько там драконов и сколько людей на тебя работает. Если ты дашь нам эту информацию, обещаю, бо́льшая часть твоих детенышей выживет.
Я грубо хохотнул.
– В самом деле? Так вот что нужно «Когтю»? Чтобы я предал всех драконов и людей, которых на протяжении многих лет защищал от организации? Ну, не полное ли безумие.
– Подумай о том, что ты делаешь с ними, Кобальт, – ее голос изменился, теперь она говорила тихо и мягко. – Подумай, что их существование значит для всех нас. «Коготь» хочет, чтобы детеныши вернулись в организацию. Их место – с нами. Мы защитим их. Неужели ты и правда считаешь, что им лучше оставаться в твоей сети? Постоянно в бегах, постоянно скрываться, жить в страхе, что Орден придет за ними посреди ночи? Что же это за жизнь?
– Свободная жизнь, – сказал я, и мои губы скривились от отвращения. – Жизнь, в которой организация не диктует, что делать и кем быть. Жизнь, в которой они могут дышать и не чувствовать, как над ними нависает лапа «Когтя», как коготь втыкается им в спину, как только они слегка переступят черту. Жизнь, в которой они смогут самостоятельно думать и выбирать свое будущее, вместо того чтобы выполнять роль, навязанную организацией. Уверен, у тебя сегодня выбора не было. Если «Коготь» прикажет предать, пленить и допрашивать своего соотечественника, ты не станешь задавать вопросов.
Мист вздернула голову. Она была крайне озадачена. Как будто не могла представить, что это плохо.
Я вздохнул.
– Не все драконы хотят, чтобы их жизнями управлял «Коготь», – закончил я, зная, что зря теряю время. Мист находилась под влиянием организации, она рассуждала именно так, как от нее ожидал «Коготь». Она не поймет. – Кто-то хочет быть свободным. Хотя бы чтобы им предоставили такой выбор.