Райли
Я был не в самом лучшем расположении духа.
В такси ужасно воняло. Обычно я не обращаю внимания на запах дыма, но похоже, что предыдущий пассажир курил одновременно три или четыре сигареты или пользовался одеколоном под названием «Флер пепельницы». Запах очень меня очень раздражал, а я и так уже был на взводе. Рвотный рефлекс от запаха дыма. У дракона. Какая ирония. Я понимал всю комичность ситуации, но легче мне от этого не становилось. При воспоминании о событиях прошлой ночи, когда Уэс объявил, что еще одно гнездо уничтожено, мне хотелось кому-нибудь врезать. Черт возьми. Что происходит? Кто нас сливает? Получится ли у меня найти крота прежде, чем вся моя сеть будет разрушена?
Парень, на котором из одежды были только плавки, махнул мне бутылкой пива и показал похабный жест. Я сжал зубы при мысли о том, что будет, если я подожгу его плавки.
Я сжал дверную ручку и наблюдал, как в зеркале заднего вида удаляются огни центра города. Почему водитель не может ехать быстрее… Надеюсь, с Эмбер все в порядке. Мне не хотелось оставлять ее в одиночестве, особенно когда поблизости крутился орденец, но выбора у меня не было. Встреча была очень важной, и, хочу я этого или нет, мне нужно на нее явиться. Гриффин отправил мне информацию час назад. Он сказал, что человек хочет встретиться лично, вдали от любопытных глаз, и поэтому отказался ехать в отель. То есть мне нужно ехать к нему. Это раздражало, но отказать я не мог. И не хотел, чтобы остальные бродили по округе, пока в городе шныряют солдаты Ордена. Значит, будет лучше, если я поеду один: я уже привык к подобным мероприятиям, а в случае если Орден все-таки поймает меня, рискую только я один. Я сказал Уэсу следить и за девчонкой, и за солдатом. Он свяжется со мной, как только поймет, что они могут попасть в неприятности.
Надеюсь, до этого не дойдет.
Такси остановилось у затрапезного вида придорожного кафе в нескольких кварталах от сверкающего великолепия Стрипа. Дорожка была плохо освещена, у входа в заведение переругивались двое бандитского вида людей. Внимательно наблюдая за ними, я открыл стеклянную дверь и вошел внутрь.
В маленьком помещении кафе было темно. Здесь пахло маслом и дымом и было определенно слишком много народу. Когда я пересекал зал, двое байкеров проводили меня взглядом. Я подумал, как бы моя куртка и ботинки не задели их чувство прекрасного и они не решили набить мне морду во имя справедливости. Но я все-таки приехал сюда не для того, чтобы швырять в окна бородатых мужиков. Конечно, это было бы крайне забавно, но мне нужно найти информатора.
Я обратил внимание на темный силуэт, сидящий за угловым столиком. Человек поднял свою тонкую руку в знак приветствия. Я прошел мимо официантки, подошел к столику и упал на стул рядом с человеком, стараясь не кривить рот. Человек был бледным и худым, с запавшими щеками и длинными жирными волосами. У него были огромные впалые глаза, и он никак не мог сфокусировать взгляд. Взглянув на него, я сразу все понял.
– Гриффин сказал, что ты хочешь со мной поговорить, – прошептал человек. В его голосе слышались жадность и надежда. Он поскреб свою руку, как будто по ней ползали пауки. – Пятьдесят баксов за информацию – вот моя цена, – он почесал вторую руку, оставляя на коже красные следы от ногтей. – У тебя есть наличка?
– Если информация будет полезной, – ответил я. Когда я вернусь, я Гриффину голову оторву. Что это за «надежный информатор», черт подери? – Выкладывай что хотел, а я решу, стоит оно того или нет.
– Так не пойдет, приятель, – человек покачал головой, размахивая своими сальными волосами. – Мы так не договаривались. Сначала деньги, потом информация. Или так, или никак.
– Ладно, – я встал и отряхнул руки. – Не так уж и сильно мне нужна эта информация. Обойдешься и без денег. Пока.
– Подожди! – человек приподнялся со стула, вытянув руку. Я остановился, глядя на него с холодным безразличием. – Хорошо-хорошо, – зашептал он. – Я расскажу все, что знаю. Но я не сумасшедший, понял? Мой рассказ – чистая правда.
Он напряженно посмотрел по сторонам, как будто боялся, что кто-то из посетителей может нас подслушать. Но в этом не было необходимости – никто не обращал никакого внимания на двух перешептывающихся в углу дешевой забегаловки торчков. Я снова уселся на стул и молча ждал, пока он убедится, что за нами никто не следит. И, наконец, он перегнулся через стол. Глаза его были даже больше, чем прежде.
– У нас с приятелями есть вписка, такое большое здание в нескольких километрах от Стрипа, в одном из тех больших недостроенных отелей. Ну, из тех, что были заброшены, когда начался кризис. Она годами пустовала, мы, значит, никому не мешали, – он оправдывался, как будто меня могло заботить то, что он и его дружки делали на чужой территории. Я ничего не сказал, и он опустил голову и яростно зашептал: