А сейчас он стоял перед ней во всей красе. И, смотря на него, бабочки в животе оживали и бились в истерике.
- Устала? - спросил он и провел по щеке пальцами.
Девушку передернуло. Зачем он так сделал?
- Да, - ответила она, но при этом сделала шаг назад.
- Эволетт... - тихо произнёс маркиз и сделал шаг вперед. - Летта..
Обхватив ее талию одной рукой, другой держал лицо. Странная улыбочка коснулась его губ, но в следующий момент горячие губы коснулись ее, жадно сминая. Руки крепче стиснули и прижали к себе, не давая шанса пошевелиться.
Душа заледенела, а ноги вмиг стали ватными, не желая держать хозяйку. Голова разболелась и закружилась: неприятное гудение засело в голове.
Вырваться получилось со второго раза, и то пришлось приложить усилия и пару раз стукнуть молодого мужчину по груди. Испугано отступая, девушка наткнулась на стену. Да что за ночка у неё выдалась?
- Нет, нет. Не бойся меня, Летта, - произнес маркиз, делая еще шаг к ней. Ему было невыносимо стыдно, что он напугал девушку. - Я не причиню тебе вреда.
Он подошел к ней, провел пальцами по раскрасневшим губам, а она смотрела на него, как загнанный зверёк на охотника.
- Прости, я не хотел тебя напугать, просто я мечтал об этом с нашей первой встречи.
Летта прижалась к стене, мечтая в ней раствориться, ничего не понимая. Что это за внезапный порыв страсти у маркиза? Может быть, он пьян?
- Знаешь, мне всегда казалось, что ты из благородной семьи, но даже это мне не помешает! Ты мне нравишься, Летта, - выпалил маркиз, глядя на девушку, которой отдал свое сердце давным-давно.
Она нашла в себе силы проскользнуть мимо него, отступая назад.
- Мое имя навсегда вычеркнуто из родовой книги, - она горько ухмыльнулась. - Прошу меня извинить, маркиз.
И, быстро ступая по каменной дорожке, двинулась по направлению к дому.
Не хотелось ничего. Абсoлютно... Слишком глубока и свежа рана, чтобы трогать ее снова. И только придя домой, девушка смогла дать волю слезам. Нет, никто не должен видеть как она плачет, а в это время тело сотрясалось в всхлипах, сжимаясь максимально меньше. Через пол часа рыданий, Летта все-таки успокоилась и, с трудом стянув с себя платье, закуталась в тоненькое одеяло, погружаясь в сон, который не придаст ей никакого успокоения и отдыха.
Сон. Мне снится ужасный, леденящий кровь, сон. Сковывая все тело, даже после пробуждения. Этот сон повторяется уже пятнадцать лет, наполненные страхом и кошмаром.
Дракон. Белый, как снег, а шипы его остры, как лед. Ужасно большой, размером с пару замков герцога, разъяренно оскалив клыки, медленно делает шаг ко мне, сметая все на своем пути... И я срываюсь на бег. Я мчусь по лугу, утопая в высокой серебрянной траве покрытой росой, а за мной тропинкой следует ледяной поток, извергаемый драконом.
И каждый раз, ледяной поток достигает моих ног, заставляя падать на землю, до крови царапая руки. Каждый раз он нависает надо мной и перекидывается в человека. И после пробуждения, я помню только льдисто-серый взгляд, наполненный злобой...
Эволетт проснулась, задыхаясь. Каждую ночь, заставляя замирать в страхе, он приходит к ней. Ее личный кошмар.
Ночная рубашка и простыни были промокшие насквозь. Тело било крупная дрож от холода и страха. Дрожащими руками она скинула с себя мокрую одежду, надевая сухое белье.
Выглянув в окно, она видела людей, снующих по улицам, занятых своими делами. Солнце стояло высоко в небе, так что у нее есть еще пару часов, чтобы забежать на рынок за продуктами прежде, чем отправится на работу.
Летта работает в ночную смену уже давно. Она длиньше, и еще девушка просто не могла спать ночью, зная, что ей все равно приснится кошмар. А ночная тьма только угнетает: тьма - лучшая подруга кошмара.
Потратив треть зарплаты, Летта отправилась домой с большой корзиной продуктов, набитой до отказа. Распаковав и рассортировав продукты в кладовке, подхватила рабочее платье.
По дороге в таверну, слава богам, девушка никого не встретила. Она - ходячий параноик. Все ее свои были заняты поведением маркиза, несвоевременное ему. А может она просто ранила не замечала этого?
К закату подавальщица приняла свою смену. На кухне ее ждал большой стакан молока с корицей и свежеиспеченная булочка, заботливо оставленная барменом. Она любила Тоби. Любила, как родного брата, который заботится о ней, как о родной сестренке или дочке. Только он знает, через что Летта пришлось пройти.
Быстренько проглотив пол булочки, она запила его молоком. Остальное на ночь, чтобы совсем с ног не валиться.
3
Завязав застиранный фартучек и подхватив меню, вышла из кухни на звон колокольчика. Оказывается, пришла Ленси, жена Тоби.