- Потерпи, мой хороший, потерпи.
Было больно смотреть на него такого.
Кто же знал, что судьба сделает такое поворот? Впрочем, они так и познакомились - он был на этом же самом разделочном столе много лет назад. Дуэли, знаете ли, мужская слабость: доказать, что ты сильнее, что ты здесь хозяин, иногда оборачивается именно вот так - разделочным столом.
Когда закончили, так и оставили их лежать на столе, потому что раны нельзя тревожить. Маркиз спал только потому, что дали сонный раствор, и теперь проснется не скоро, меньше мучаясь от боли.
Со всей этой бедой, не сразу вспомнила, что маркиза ждут дома. Нужно предупредить было его отца. Девушка бежала в его поместье со всей скоростью, с которой только могла.
Она стучалась в дверь родового поместья герцога Растерна де Бролье. Глухое эхо разносится по окрестности, слышатся торопливые шаги, и ей открывает дворецкий герцога.
- Темных дней, - поздоровалась девушка. - Герцог в поместье?
- Темных, - кивок головой. - Прошу, заходите. Что-то срочное?
- У меня известие о сыне герцога. Прошу, да, это важно.
Сново кивок головой, и дворецкий исчез.
Громкие, уверенные шаги, и передо девушкой стоял сам герцог де Бролье.
- Темных дней, герцог, - Летта сделала реверанс.
- Что с моим сыном? - резкий тон герцога заставил девушку поджать губы.
Вот она плохая сторона богатых людей - пренебрежение к простолюдинам, а именно из-за этого происходит большенство воин. Люди чувствуют себя ущемленными, ненужными, и чтобы доказать, что они что-то могут, перебегают к врагам их хозяев, рассказывая про них все, что знают. Но, увы, это никогда не заканчивалось хорошо, что для перебеженцев, что для хозяев с заговорщиками.
- Ваш сын в лазарете панны Юлианы, герцог. Сейчас с ним все хорошо, угроза еще не миновала, но я дала ему сонное зелье, и он спит, - девушка не смотрела ему в глаза, зная, как большинство людей это раздражает. Да и по этикету так не положено. - Ему придётся остаться там на некоторое время.
Послышался облегченный выдох.
- Хорошо. На этом все?
Эволетт кивнула и гордо выпрямилась, словно доказывая языком тела, что даже герцог не смеет так разговаривать с ней - от привычек с детства не издавиться, увы. Он странно посмотрел на неё, словно оценивая, но ничего не сказал, лишь жестом указал на дверь. Поклонившись, Эволетт вышла. Дыхание сбилось, а тело тряслось от усталости, но она смогла добралась до лазарета как можно скорее.
Сыновья Юлианы перенесли герцога и его преближенного наверх, в комнаты. Уже у койки Эрольда она спокойно выдохнула. Он еще спал, но лицо его было тревожно. У Ричарда, приближенного Эрольда, поднялся жар, который не хотел спадать. Всю ночь девушки порхали над ним, боясь, что придётся снова вызывать сыновей Юлианны, чтобы перенести мужчину вниз, но уже холодного. К утру все же получилось сбить жар, и, обессиленные, они рухнули на стульчики, немного передохнув.
Кажется, Летта уснула, потому что кто-то гладил её по щеке. «Мама, перестань. Солнце еще не взошло...» - пронеслось у девушки в голове.
- Летта...
Она резко раскрыла глаза. На Эволетт смотрели черные, как сама бездна, глаза. Кажется, она пропадает в них и возвращаться обратно ей не хочется.
- Эрольд! - она обняла мужчину, стараясь как можно меньше принести неудобств и боли.
- Летта, девочка моя, - он прижал к себе сильнее, насколько смог это сделать. - Судьба к нам благосклонна.
Она рассмеялась.
- Эволетт, милая, ты плачешь?
- Я боялась за тебя.
- Все обошлось, благодаря тебе. Во второй раз, между прочим.
Она вытерла слезы.
- Ты расскажешь, что случилось? К полуночи заходил Лорд Мирид, сказал, что на тебя напали. Это правда?
Он весь напрягся.
- Прости, милая, не могу тебе сказать.
Рядом захрипел Ричард, и девушка метнулась к нему. Жара нет, кровь не идет — все хорошо. Он открыл глаза и затуманенным взором посмотрел на Летту.
- Где я?
- Ричард, все обошлось! - весело сказал Эрольд, но голос его был все еще слаб, а Летта лишь покачала головой.
- Эрольд, вечно на твою... конечность приключения находятся! - хриплым голосом сказал Ричард.
- Это была подстава, - уже серьезно ответил Эрольд.
- Да понял я...
- Позвать герцога де Бролье? - вклинившись в разговор, спросила Эволетт, сцепив руки перед собой.