– Ты в порядке, принцесса? – Обеспокоено спросил Эйден.
Нет. Ни капли. Я не ожидала, что заклинание, созданное для мучения другого создания, ударит по мне. Так быть не должно. Какого черта вообще творит король?
– Всего лишь небольшой ожог, жить буду.
Я немного поворчала себе под нос – мне еще предстояло снять кандалы с ног мальчика. Но в этот раз я уже знала, чего ожидать, поэтому была готова. По крайней мере так я себя успокаивала. Стиснув зубы, я вновь опустилась рядом с Лукой и обхватила кольца, сжимающие его худые лодыжки. Это далось мне не так легко, по руке прошел всполох боли, когда раскаленный металл коснулся ожога. Я едва не выругалась вслух, но удержалась, не желая пугать ребенка.
Когда магия внутри оков снова взвилась, собираясь отразить мой импульс, я резко прошептала:
– Protevia!
Сила, направленная на меня, врезалась в невидимый барьер и растворилась в воздухе, не причинив мне вреда.
– Неплохо, – сказал Эйден, наблюдая за мной с характерной полуулыбкой.
– Благодарю за столь высокую оценку моих магических способностей, – съязвила я и встала, размахивая обожженными руками. – И раз уж ты тут стоишь весь такой красивый и бесполезный, может достанешь из моей сумки исцеляющую мазь?
– Знаешь, я мог бы обидеться… но мне слишком понравилось, как ты назвала меня красивым. – Он не торопясь подошел ближе, и в глазах вспыхнул знакомый озорной огонек.
Я закатила глаза. Типичный Эйден – ироничный, наглый и совершенно не вовремя остроумный.
– Как на счет волшебного исцеления? Того самого, благодаря которому все мои новые шрамы исчезли по мановению твоих волшебных рук. – С невинной издевкой произнес Эйден, сложив руки на груди.
До чего же упрямый дракон.
– Ну во-первых, я не могу исцелять себя. Магия так не работает. – Вздохнула я, с трудом удерживаясь от очередного колкого комментария. – А во-вторых, я сейчас не очень-то доверяю своей силе. В особенности той ее части, которая то появляется, то исчезает собственному настроению. Тебе напомнить, чем все закончилось в прошлый раз, когда моя сила вышла из-под контроля?
Он молчал. Видимо, воспоминание о том, как я чуть не отбросила коньки, и вправду оказалось достаточно наглядным.
– Так что будь добр, подними свой самодовольный драконий зад и достань мазь. – Добавила я с тем уровнем язвительности, что почти граничила с нежностью. Почти.
К моему удивлению, Эйден подчинился без спора. Он молча полез в сумку и достал мазь. Но когда он протянул руку, чтобы обработать мои ожоги, я поспешно отпрянула и покачала головой:
– Сначала ребенок, – я кивнула в сторону Луки. – Тем более, что я сама в состоянии нанести мазь на свои руки.
«Тем более, что я теряю рассудок, стоит этому дракону прикоснуться ко мне, будь он неладен».
Но эту мысль я решила оставить при себе. Пока Эйден обрабатывал раны уже немного успокоившегося Луки, я занялась своими ожогами. К счастью, они были незначительными, и к вечеру на коже вряд ли останется хоть какой-то след. Но вот допрос пленного, который в скором времени должен был прийти в себя, откладывать до вечера мы не могли. Поэтому дракону придется взять на себя эту задачу. Хотя я сомневалась, что он будет возражать.
Стоило только подумать об этом, как тело наемника на земле шевельнулось. Он издал глухой невнятный стон – действие сонного порошка подходило к концу. Я потянулась к шее, где на тонкой веревке покоился небольшой светлый камень с рубиновыми и черными вкраплениями. Сняв его, я протянула его Эйдену:
– Тебе пригодится вот это.
– А это у нас что? – Дракон поднял бровь и взглянул на камень с любопытством.
– Сиенит. Поможет разговорить нашу спящую красавицу, – я бросила взгляд в сторону наемника. – Хотя по мне, он больше смахивает на гоблина. Надень камень ему на шею. После этого у тебя будет примерно пять минут, когда из него будет литься одна только правда. Так что выбирай вопросы с умом. Камень у меня всего один, и использовать его можно только раз. Потом он станет просто красивой, но бесполезной побрякушкой.
Глаза Эйдена потемнели, а на губах заиграла та самая его самодовольная ухмылка, от которой хотелось закатить глаза:
– Я бы предпочел использовать этот камень на тебе.
– Скажи еще спасибо, что я не использовала его на тебе, – парировала я.
Он уже собирался ответить что-то язвительное, но я его опередила:
– Да, ты мог бы применить и другие, не менее… эффективные методы. Но давай все же позаботимся о психике ребенка и избавим его от душераздирающих звуков и зрелищ?
Эйден смерил меня взглядом, в котором, как обычно, переплетались насмешка и что-то более темное, более хищное.