— Я и не знала, что здесь есть стражи! — воскликнула она, поворачивая голову в направлении входа.
— Их здесь нет. — сказал Т'мар, резко встав из-за стола.
Фиона заметила, что Сайска и К'лиор тоже встали и смотрели на вход в пещеру.
«Талент'а, спроси имя стража». - быстро попросила Фиона.
«Ее зовут Нуэлласк. — мгновенно ответила Талент'а. — Можно, я встречу ее?»
«Погоди, — ответила Фиона, — она может испугаться.»
«Меня?» — спросила изумленно Талент'а, и. Фионе пришлось долго убеждать ее, что это не так, одновременно пытаясь отговорить ее от демонстрации своего умения планировать с карниза в Чашу Вейра.
— Это Нуэлласк, золотая Нуэллы. — подойдя к Т'мару, сказала Фиона.
— Но Нитей не будет еще два дня. — сказал Т'мар. — Интересно, зачем они здесь?
— Возможно, она хочет скоординировать наши действия. — предположила Фиона.
Сайска отыскала ее взглядом уже на выходе, и, кивнув головой, приказала Фионе. — Пусть все останутся здесь.
Фиона кивнула в ответ и занялась возвращением любопытных всадников обратно к их уже забытой пище, одновременно горячо желая взглянуть на Нуэллу и ее золотую.
Спустя несколько минут вернулся Т'мар, подзывая Фиону. — Сайска хочет, чтобы ты познакомилась с Нуэллой.
С радостью Фиона передала свое занятие Т'мару и выскользнула из ярко освещенной пещеры в темноту Чаши Вейра.
Даже в тусклом свете Фиона смогла различить кучку всадников, окруживших маленькую золотую самку — стража порога. Золотая выгнула свою шею высоко над людьми, наблюдая за приближением Фионы, затем опустила голову с огромными глазами вниз, чтобы смотреть прямо на девушку, излучая мягкое, теплое свечение.
— Меня зовут Фиона, — сказала она самке — стражу, протянув руку с заранее разведенными пальцами вперед, чтобы почесать надбровье ближнего глаза золотой. Когда Нуэлласк заурчала от удовольствия, Фиона улыбнулась.
— Моя Форск тоже любила, когда ей чешут над бровями.
— Ну и много времени ты проводила с ней? — послышался странный женский голос совсем рядом, за ее спиной.
Фиона мотнула головой, затем, поняв, что в темноте никто кивка не увидел, разъяснила. — На самом деле, нет. Форск просыпалась поздно ночью, а отец всегда следил, чтобы я в это время уже спала.
Она улыбнулась своим воспоминаниям. — Но иногда, когда было совсем одиноко, я приходила к ней в пещеру. Если я сильно уставала, я могла уснуть рядом с ней, свернувшись калачиком.
— А уставала ты, несомненно, от ловли туннельных змей. — женщина, которая была Нуэллой, как уже догадалась Фиона, угадала с легкой усмешкой в голосе. — Киндан часто жаловался мне на это при встрече.
— Жаловался? — повторила Фиона, слегка уязвленная поведением Киндана. — Да я имела по четверти марки за каждую голову змеи!
— И никогда не была наказанной, за исключением одного раза, — уверенно дополнила Нуэлла.
Фиона удивленно взглянула на нее. — Откуда ты… откуда Киндан знает об этом?
Нуэлла рассмеялась. — Никто не сможет долго хранить секреты от арфиста.
— Но я сама лечила укус и прятала от всех рану!
— Но тебе, тем не менее, нужно было попасть в кладовую, и ты должна была спросить кого-либо о способах лечения змеиных укусов, пусть даже и гипотетических. — ответила Нуэлла голосом, полным иронии. Она протянула руку, которую Фиона приняла и энергично затрясла. — Я Нуэлла, как ты уже наверное догадалась.
Она продолжила. — И будь уверена, никто и не мог подумать, что Киндан не спускает с тебя глаз.
Фиона была слишком смущена, чтобы ответить.
— Мне кажется, это была исключительно хорошая идея спросить Келсу, не было ли написано когда-нибудь песни о лечении змеиных укусов. — одобряюще признала Нуэлла.
— Кстати, она написала такую песню сразу после этого, — вспомнила Фиона и застонала, с ужасом глядя в сторону Нуэллы. — … и она советовалась с отцом при этом! Ты думаешь, она рассказала ему…?
Нуэлла засмеялась и покачала головой. — Понятия не имею. Все, что я знаю, это то, что после того, как песня была написана, Киндан появился в моем лагере очень возбужденный и пытался хитростью заставить меня выучить эту песню.
— Он боялся, что ты тоже пойдешь ловить туннельных змей?
Нуэлла кивнула, по ее губам скользнула улыбка.
— Я уже делала это. — призналась она. — Думаю, он просто хотел быть уверенным, что я знаю, что делать при укусе змеи, если это случится опять.
Со страхом Фиона поняла, что Нуэлла имеет в виду свою первую зеленую Нуэлск, которая умерла от укуса ядовитой змеи. Она отважилась взглянуть на женщину, которая была почти вдвое старше нее, и была удивлена их сходством: обе были светлыми и веснушчатыми. Глаза Нуэллы были тоже голубыми, как у Фионы, но более яркими. Они могли бы быть сестрами или, по крайней мере, родственниками.