- Вы опоздали, - произнес Кархан, оставаясь в истинном устрашающем обличье дракона. Его темно-карие глаза с вертикальными зрачками пристально смотрели на доставленную добычу, отмечая белый цвет кожи, длинные темные волосы и наряд, не оставляющий место для фантазии. Дракон перевел взгляд на лицо девушки. Ни одна из его пленниц не осмеливалась смотреть ему прямо в глаза. А эта девица – с огромными светло-карими глазами с янтарным ободком – не опустила взгляд, рассматривая его как некую диковинку. На мгновение ему показалось, что цвет ее глаз изменился – став темным, как грозовые тучи перед дождем. Но у людей, не обладающих и крупицей магии, глаза не меняли цвет. Да и смелости местным женщинам, как, впрочем, и мужчинам не хватало смотреть ему в глаза. Причем, он ощущал ее страх, но если у других людей он всегда преобладал, то у нее он был всего лишь одним мазком на фоне других чувств. Но вот только Кархан, получивший среди сородичей и врагов имя – Свирепый, любил это чувство всепоглощающего страха, которое он внушал. И темный дракон полностью соответствовал своему грозному прозвищу, заставляя порой и сородичей отступать перед ним и отводить взгляд, пряча в глубине глаз все тот же страх. Так что Кархан знал, уже сегодня он заставит девушку осознать и принять тот факт, что отныне она только рабыня. И что в его власти убить ее или пощадить. К сожалению, люди были хрупки. Одно легкое движение, и приходилось избавляться от трупов. А окружающее болото с радостью принимало новую жертву.
- Наша оплата, - напомнили духи.
Глаза дракона подозрительно прищурились, в них полыхнуло отголоском пламени. Он чувствовал, что бесстрастные духи чем-то обеспокоены. Они желали получить награду и исчезнуть. Но возмездие за нарушение магического договора нашло бы их и в другом мире. Это знал он и это знали они, так что свою часть сделки дракон не собирался нарушить. А вот их кара была уже не его забота.
На земле оказалась небольшая склянка с мерцающими внутри темными огоньками.
- Берите свою плату и убирайтесь прочь с моих глаз.
Духи жадно приникли к склянке и испарились с вершины горы, открыв в этот раз портал в свой мир.
Эль едва не бросилась вслед за ними, но туман возник и погас раньше, нежели она сделала первый шаг. Духи пугали ее, а дракон внушал какой-то первобытный ужас. В голове в одно мгновение пронеслись зачитанные до дыр книги по средневековым легендам и мифам, в которых драконов описывали как кровожадных чудовищ. А глупость никогда не числилась среди ее недостатков, и она понимала – если бы дракон решил поужинать девицей, то нашел бы ее в своем измерении и не расплачивался бы с такой неохотой. А то что склянка с чем-то темным и живым была платой – она даже не сомневалась, и для этого не надо было знать речь драконов. Хотя говорящая огромная ящерица была тем еще испытанием.
Она издала странный звук, а затем неожиданно для самой себя рассмеялась, подумав, что ей стоило бы подняться в гостиничный номер с Артемом. Возможно, тогда ей удалось бы избежать случившегося – похищения и портала в другой мир. Наверное, это была зарождавшаяся истерика, но Эль быстро взяла себя в руки.
Смех прервался так же неожиданно, как и начался. И она с вызовом посмотрела в вертикальные зрачки. И хотя интуиция твердила отступить и бежать, что-то внутри нее требовало остаться на месте и даже бросить вызов огромному монстру. Даже кровь быстрее заструилась по венам – превращаясь в горячее пламя.
Дракон вздрогнул всем телом, будто уклоняясь от того самого пламени, бушующего в груди Эльвиры, а затем сделал один шаг вперед.
И все же на мгновение она отвела глаза, чувствуя, как пламя в груди превращается в тлеющий уголек. После чего она стала осторожно спиной отступать от черного дракона, пока не поняла, что уперлась пятками в воздух. Монстр наблюдал за ней, но сделав один шаг, он вновь не шевелился. И по его морде невозможно было понять, что у этого чудовища было в голове.
- Подойди ко мне!
Окрик на незнакомом языке заставил Эль отшатнуться, камни под ногами осыпались, и она, не удержав равновесия, рухнула в пропасть…
Она даже не закричала, судорожно пытаясь ухватиться за скалу, которая была отвесной. Поэтому она только оцарапала кожу на ладонях, да еще больно ударилась бедром, но не остановила свое падение. Осознав, что чуда не случится, и сама она себя не спасет, а темный монстр и не успеет, если даже пожелает ее поймать, она зажмурилась, старясь в последние секунды жизни не думать о том, что ее тело так и останется погребенным на камнях в ущелье в неизвестно каком мире. И в этот момент страх исчез, его поборол не огонь, а злость. У Эль было огромное количество планов, а смерть была туманной дымкой, о которой можно было не думать в следующие пятьдесят-шестьдесят лет. Но реальность вдруг стерла будущие десятилетия, отняла у нее все годы, бросив в пропасть без единого шанса на спасения. «Не хочу умирать». Только эта мысль успела сформироваться, как она почувствовала резкий рывок, как во сне, когда просыпаешься после падения. Однако, сон, а точнее кошмар не рассеялся, и она не оказалась в безопасности собственной кровати. Что-то удерживало ее в воздухе. И это было не чудо, а еще один дракон.