Есть драконы, в которых сильнее действует огненная стихия, есть те, что лучше связаны с водой и могут даже манипулировать ею, а мы – лесные драконы – лучше умеем чувствовать силу природы. Буквально чувствуем жизненную силу земли. Поэтому наши земли считаются самыми плодородными. И вот почему глава клана огненных драконов так жаждет заполучить их. На самом деле огненные земли состоят в основном из вулканических пород, там очень мало природных ресурсов, необходимых для нормальной жизни. Поэтому их клан так активно и противостоит нам.
– Неужели нельзя попросить о помощи других или найти компромисс?!
– Другим кланам всё равно, что происходит с остальными, и они не придут на помощь. Мы уже пробовали обращаться к ним. А что касается компромисса – предводитель нашего клана сумел найти такой «компромисс». Вот только я ему была совсем не рада.
– Почему?
– Боюсь, я сейчас не готова рассказать тебе об этом. Это очень болезненно. Прости.
– Не извиняйся. Если не готова – не говори. Я не настаиваю.
– Спасибо. Так вот, если это соглашение между нашими двумя кланами не будет исполнено, то боюсь даже представить, что Ротар – глава огненных – сделает с моим кланом. Но и пойти на то соглашение я тоже не могу. Поэтому теперь и не знаю, что мне делать и как быть? С одной стороны, я обязана сделать всё, чтобы защитить свой клан, но с другой стороны, цена меня категорически не устраивает.
Настроение вновь упало ниже некуда. Вновь вспомнился мой спонтанный побег. А я ведь тогда даже и не задумывалась, что может произойти с моим кланом… Я думала только об одном: не оказаться бы в лапах Ротара. И только сейчас понимаю, что своим поступком предала всех, кого люблю. И пути назад уже нет.
– Если хочешь знать моё мнение, – начал Стефан, вырывая меня из мучительных мыслей, – то мне кажется, что ты правильно поступила.
– Что ты имеешь ввиду?
– Пусть я и не знаю, о какой договоренности шла речь, но если она была чудовищной – равносильно тому, что заключить сделку с дьяволом – то ты правильно сделала, что не согласилась. Да, родной клан, семья очень важны. Я не спорю. Но идти абсолютно на всё ради их спасения ты не должна.
И это говорит человек, который не так давно рисковал своей жизнью, спасая дракона?!
– Я имею в виду, что ты не обязана отвечать за целый клан. Ты обычная девушка, в хорошем смысле этого слова, – поправился он. – Ты не обязана нести ответственность за всех драконов в клане. Для этого есть лидер, то есть вожак вашего клана. Если ты за кого и должна отвечать, то это только за своих близких, за тех, кто тебе действительно дорог. Поэтому не вини себя в том, что не сделала то, что, возможно, заставлял тебя делать ваш лидер. Ты ничем ему не обязана.
Ах, Стефан, если бы ты только знал всю историю и знал, кто я, и какая ответственность на меня возложена.
– У драконов так не принято. Поскольку из-за этой войны наша численность значительно снизилась, мы несём ответственность каждый друг за друга. Для нас это роскошь – нести ответственность только за отдельных драконов. Как в едином клане у нас каждый несёт ответ за каждого. Так мы воспитаны. А я, получается, просто предала их.
– Ри, – Стефан придвинулся ближе и взял моё лицо в руки. – Ты не предатель. В том, чтобы быть свободной и решать самой, нет ничего зазорного. Как я понял, исходя из твоего рассказа, тебя принуждали к чему-то очень нехорошему и тем самым ущемляли твою свободу воли. А как я уже говорил ранее, никто не смеет посягать на нашу свободу, никто. И ты имела полное право не идти против самой себя, что бы тебя не заставляли для этого сделать. Поэтому, выбрав свободу, ты не предала свой народ, слышишь, ты просто выбрала право идти своим путём. И в этом нет ничего предосудительного. Если хочешь знать, что такое предательство, вспомни историю обо мне и Роксане, которую я недавно рассказал. Вот это действительно предательство. Так что не вздумай себя в чём-нибудь винить. Не вздумай. Считай, что я… что я запрещаю тебе себя винить.
– Чего?! – с лёгкой усмешкой спросила я.
– Того. Как хозяин дома, в котором ты сейчас живёшь, я запрещаю тебе думать о плохом и винить себя в чём-либо. Так что если вы, сударыня, и дальше планируете проживать у меня, то придётся выполнить моё главное условие. Вам ясно?