Осознав, что она только что сказала, я гулко рассмеялся.
– Что?! Что такое? Почему ты смеешься? – Растерялась она.
– Просто ты не перестаёшь меня удивлять.
– В смысле?
– Я вот не пойму, как в одно и то же время такая красивая, умная и находчивая девушка может быть ещё и такой глупышкой?
– Что?!! – Возмущенно выдала она.
– То… я всего пару минут назад говорил, что готов отдать жизнь ради того, чтобы защитить тебя, а ты безо всяких жертв, всего лишь назвав пару имен, виртуозно смогла защититься сама. И спрашиваешь, не обиделся ли я?! На что я должен обижаться, скажи? Если я на что и обижен, так это на то, что ты сама себя защитила, не предоставив эту привилегию мне. Вот на это я реально обижен. – Постарался сделать гримасу поубедительнее.
Осмыслив мои слова, она сдержанно улыбнулась и шутя стукнула меня кулаком в грудь.
– Да ну тебя, шутник. Я вообще-то серьёзно!
– Я тоже. – Сказал, укладывая её нежную головку обратно к себе на грудь. – Я абсолютно серьёзен. Таких находчивых девушек, как ты, я не встречал. Любая другая на твоём месте сразу бы впала в истерику, растерялась и выдала всё этому напыщенному индюку. А ты держалась смело, уверенно.
– А ты откуда знаешь, как я там держалась?
– Чувствую. За то короткое время, что мы знакомы, я научился тебя чувствовать, Рагнара. И даже успел кое-что о тебе узнать.
– Например?
– Например, узнал, что ты как-то умудряешься сочетать в себе красоту, женственность, просто невероятное очарование, а еще… можешь быть ранимой и в то же время такой сильной.
Готов поклясться, что Рагнара сейчас улыбалась. Вот буквально чувствовал её улыбку.
– Кстати, я заметила в своей комнате пару новых платьев. Не подскажешь, откуда они там взялись?
– Почему же, очень даже подскажу. Сегодня днём некий кузнец – ты его хорошо знаешь – освободился пораньше и вспомнил, что обещал одной очаровательной, но на удивление очень вредной особе, – за «вредную» меня ущипнули, – восполнить пробелы в её гардеробе. Заскочил по дороге в лавку к Ирен – и выбрал пару платьев. Не был, правда, уверен в том, какие лучше взять, но надеюсь, что тебе понравились?
– Очень, – с полной искренностью ответила она. – Особенно зелёное.
– Я знал, что тебе оно понравится. Оно ведь твоего любимого цвета, цвета леса, цвета живой природы. И расшито соответственно.
– Да, я заметила. А откуда знаешь, что это мой любимый цвет?
– Догадался.
– Спасибо.
– Не за что. Твоя счастливая улыбка – лучшая благодарность для меня.
– К-хм, Стефан… мне, конечно, приятно, что ты меня буквально закидываешь комплиментами, но притормози немного, ладно.
– А что такое? Я думал, что тебе, как и любой девушке, нравятся комплименты. Разве нет?!
– Нравятся, но… ты меня смущаешь.
– Ничего страшного. У тебя это так мило получается, что я готов любоваться этим зрелищем снова и снова.
– Стефан!..
– Ладно-ладно, хорошо. Так и быть, уменьшу поток своих комплиментов.
– Спасибо.
– На сегодня.
– Стефан!!!
Давно я так не смеялся. Чуть не задохнулся, ведь времени, чтобы набрать в лёгкие побольше воздуха просто-напросто не оставалось. Рагнара, пусть и пыталась казаться возмущенной, сама еле сдерживала смех. Выдавала только лёгкая улыбка, но зато какая искренняя!
– Знаешь… – продолжил я после небольшой передышки, – а между нами, оказывается, немало общего.
– Да неужели?! И что же?
– К примеру, мы оба в восторге от мира живой природы, от того, какое умиротворение и красоту она несёт. Оба любим сидеть у огня. Тебе же нравится?
– С чего ты это решил?
– Взять хотя бы твою реакцию, когда ты спустилась и увидела разожжённый камин. Или, когда ты только впервые перешла порог этого дома, как ты тогда сразу бросила на него внимание. Я это заметил. Так что…
– Вот ведь глазастый. Ну всё сразу подмечаешь!
– А как же, – ответил довольный собой я.
– Да, люблю. На самом деле мне это напоминает о родителях.
– Родителях?