А вот третье существо могло с успехом относиться как к женскому, так и к мужскому полу: тонкие ноги облепленные джинсами, мешковатая байка с объемным капюшоном, надвинутым на глаза, руки, похожие на озябших паучков… На вид этой несуразице было лет пятнадцать, но Беленус мог бы поклясться, что именно оно разговаривало тем чарующим женским голосом.
– Понравилось? – улыбнулась она.
Сквозь полные розоватые губы выглянули острые иглы клыков, а глаза блеснули алым.
Чертов сюрприз.
Вампиров не слишком любили. Наглые, беспардонные, хищные – они готовы были идти по трупам ради достижения своих целей, чем успешно и занимались несколько веков подряд. Любой из новообращенных вскоре четко усваивал – если хочешь выжить, нужно: а) слушать старших и б) забыть свои глупые человеческие привычки.
Тот, кто не мог или по какой-то причине не хотел следовать этим простым правилам, жил недолго – своих кровопийцы не отпускали, но и правил нарушать не давали, делая видимость свободы лишь фикцией.
Эти дети не могли быть старыми вампами, иначе не стали бы показывать зубов, а уж тем более задирать сидхе, с которыми был заключен зыбкий мирный договор – и та, и другая группа имела слишком много сил и власти. Такое столкновение не прошло бесследно и для большинства стало бы фатальным. Кроме того, оба подвида человекоподобных сторонились гораздо более многочисленных людей, не желая посвящать их в свои дела, а это создавало определенные трудности.
Как правило города – и крупные мегаполисы, и мелкие, количеством населения больше похожие на деревеньки – имели своих монстров. Большинство из них контролировали оборотни, вампиры, колдуны или другие подвиды, живущие крупными кастовыми сообществами.
Собравшись в одну группу и показав достаточную силу, некоторые представители одной диаспоры могли доказать, что способны править, тогда им доставался весь город. Представители других видов чаще всего были малочисленны и с готовностью подчинялись местным властям. Хотя слабыми их было бы назвать не верно – они были достаточно сильны, чтобы жить вне собственных многочисленных сообществ и просто не хотели наживать себе лишних проблем. Еще существовали достаточно сильные межвидовые коалиции, контролирующие некоторые города.
Разрушительных войн – как в древности – почти не существовало. Нелюди быстро поняли бесполезность таких действий, разрушающих не только места для комфортной жизни, за которые они боролись, но и экосистему вокруг. Это привело их за стол переговоров.
В результате серьезные дела решались подписанием договоров, хитрыми интригами внутри атриума – огромного сооружения, окруженного энергетическим полем, обрушение которого не смогло бы повредить основной части города, и чье исчезновение можно потом логически объяснить простым обывателям. Именно там сражались два представителя рас, которые находились в конфликте. Разумеется, в присутствии по одному представителю от всех видов суперов, находящихся в городе.
Фейри правили этим городом давно, еще со времен окончания первой мировой войны, совершенно не желая сдавать позиций. Это была не Москва, конечно – ее давно, еще в 1917, подмяли под себя вампиры – или какой-либо из более мелких городов, находящихся ближе к природе и облюбованных оборотнями, но… Близость к Европе, аэропорты, открытые дороги…
Дела людей фейри не касались, однако и вмешательства в свои собственные игры они не терпели. Другие виды суперов, которые пытались установить свои собственные порядки, безжалостно уничтожались. И тем, кто пришел, следовало помнить об этом.
– Мне вообще не нравится, что на территории фейри находятся незарегистрированные кровососы, – спокойно ответил Беленус, – или я не прав, и вы уже навестили своего представителя в этом городе?
– Ну что ты, патлатый, – один из парней откровенно оскалился, – разве ты бываешь неправ? Вы, сиды, непогрешимы.
Речь его была быстрой и напевной, будто юноша привык говорить на более мелодичном языке. Итальянский? Похоже, они были не так уж и юны.
– Тогда я жду, что кто-то из вас осмелится озвучить цель визита, – на лице мужчины появилась язвительная ухмылка.
– Стентерелло! – девушка одернула одного из своих, снова обратившись к фейри. – Нас послал господин Бригелла. Он требует отдать ему город по праву Сильного. Ответ мы будем ждать через семь дней и сами свяжемся с вами. Если захотите оспорить – мы не против.
– Не много ли чести вашему господину? – бровь фейри выразительно изогнулась. Это оказался единственный признак эмоций, который позволил себе мужчина. – И знает ли об этом Ассоциация?