— Меня, кстати, зовут Клео, — представилась девочка.
— Приятно с тобой познакомиться, девочка.
— А ты можешь показать нам пару своих боевых приёмов? — глаза Клео стали похожи на два гигантских вопросительных блюдца.
Мужчина обвел взглядом затаившую дыхание компанию:
— Почему бы и нет. Думаю, найдется время на парочку уроков, — Ноэль только что возвысился до уровня деревенского божества.
Радостно гомонящая орава унеслась продолжать вымышленные баталии, а вор, задумавшись, побрел дальше исследовать обитель. «Вот так-так, — раскидывал мозгами Ноэль, — вырисовывается довольно не плохой для меня расклад. Но будь я проклят, если старик действительно решил взять меня под своё крыло для помощи в хозяйстве. Нет, этот интриган не так прост. Единственная реальная причина оставлять пришлого разбойника — расчет на его помощь, когда снова запахнет жаренным. А Казимир, видимо, уверен, что уже очень скоро. Глядя на Аду становится понятным, что запредельная мощь не дается так уж просто и девочке только предстоит овладеть этой силой. И друид оставляет меня как запасной вариант, посадив на новую цепь, — Ноэль машинально потер своё горло, вспомнив удушающую магическую петлю, — да, Старейшина не промах, хотя почему бы и не подыграть ему, пока я пользуюсь всеми предоставленными благами? Но, сука, этот магический ошейник… всё же отдавать жизнь за „святой“ Иссурим мне явно не хочется… то, что я уже чуть не сдох из-за Ады, прекрасно напомнило, как же, блять, мне всё-таки нравиться жить…»
— Витаешь в облаках, Ноэль? — за торцом покосившейся избы его поджидал Хадвар.
— Хадвар! У вас тут просто райский уголок, знаешь ли.
— У каждой медали есть обратная сторона.
— Из твоих уст это звучит довольно зловеще, — усмехнулся Ноэль.
— Пойдем-ка со мной, шутник, — друид развернулся и направился к зазору между хижинами.
— Надеюсь, ты подаришь мне букет цветов, и мы станем друзьями, — Ноэль пошел следом, приготовившись к несомненному подвоху.
Но непримиримый друид превзошел все его ожидания. Резко развернувшись, он жестко припер вора к глиняной стене. Ноэль почувствовал упершийся в бок кинжал. Опасная ситуация.
— Проваливай из Иссурима, подонок, — хрипло прорычал Хадвар.
— Но мне тут очень нравится! — простодушная улыбка осенило лицо вора. Становилось чертовски интересно, к чему же приведет эта разборка по понятиям. Ноэль выбрал роль дурочка.
— В тебе все видят героя, спасшего деревню, но я насквозь чувствую твою мелочную воровскую душонку. Таким типам как ты ничего кроме золота и наживы не нужно, — продолжал давить Хадвар.
— Да я не особо и скрываю это, дружище, — мужчина с усмешкой наблюдал за багровеющим лицом друида.
— Ты не понимаешь, куда ввязался! Эта обитель проклята…
— Неужели? Может, расскажешь об этом чуток подробнее?
— Спасай свою шкуру. Это ведь то, что тебе дорого, верно?
— Я бы и рад, да только меня клеймили так, что отойди я на шаг от твоей «проклятой» обители, мне оторвет бошку. Так что придется тебе меня потерпеть, но спасибо за предупреждение, приятель.
— О, Хадвар и Ноэль начать дружить! Здорово-здорово, — из-за угла показалась огромная голова Фогеля. — Фогель искать Ноэля, Старейшина сказать, он работать у Фогеля в кузнице.
Хадвар незаметно убрал нож в рукав и отстранился от Ноэля.
— Тронешь Аду, и я отрежу тебе яйца, — напоследок прошептал друид и стремительно покинул их компанию.
— У Фогеля хороший слух, он подслушать. Хадвар начать ревновать Аду, — захихикал детина.
— Ты хочешь сказать они… — Ноэль смотрел в спину удалявшегося друида.
— А, ты ведь не знать… пару лет назад Хадвар хотеть делать Аду своей женой, но та отказать, — печально протянул Фогель, — жалко Хадвара.
— Нда, действительно жаль, — задумчиво протянул Ноэль.
Теперь в его копилку проблем добавился еще и вечно подозрительный отверженный любовник. «И что, черт подери, он нес о проклятии? Был ли это блеф, или ещё один намек на таинственное „Сердце“?» — Ноэль удрученно покачал головой, пытаясь собрать разрозненные штрихи друидских хитросплетений в единую картину. Фогель бережно взял своего подмастерье под мышку и повел к кузне. Впереди их ждало много работы.
Глава девятая
Над Иссуримом взошла луна. Обитель, постепенно отходившая от отголосков минувшего сражения, погрузилась в сон. Но, вопреки всеобщему отдыху, по пустым деревенским улочкам скользила одна сиротливая тень. Ноэль не смыкал глаз, даже не смотря на то, что после ударного денька в кузнице толстяка-гиганта это пришлось бы весьма кстати. Пусть даже раздувание мехов и кузнечный молот сковали его мышцы усталостью, а от многочисленных переносов вёдер и железных заготовок онемела спина, встреча с Адой по всем пунктам считалась приоритетнее лишнего часа сна.