— И за эту ошибку ты дорого заплатишь! — Друид метнул в него следующую порцию магического жара.
С шипением и треском огненная сфера прошла над самой макушкой Ноэля, обдавая его градом искр. «Плохо дело. Заклинание слишком быстрое» — он отпрыгнул от надвигающегося Хадвара, — Придется держать дистанцию, иначе каюк.
— Хадвар, послушай! Я просто хотел поговорить… увидел, как ты собрался на ночную прогулку и решил составить компанию. Зачем сразу «искрить», приятель? Я хотел обсудить с тобой Сердце друида, странная ведь штука, не правда ли?
— Сердце со мной обсудить хочешь? А потом, естественно, стащить его втихую?
— Ну… я такого не говорил, ты сам сказал…
— Ты мне отвратителен! — Друид поднял руку, вновь концентрируя энергию в ладони.
«Аааааа!!» — не оформив заклинание до конца, Хадвар судорожно прижал кисть к груди. Из окровавленной ладони торчал небольшой метательный нож.
— Слушай, если хочешь подраться, так, может, сделаем это по старинке, а? Чисто по-мужски намнём друг другу бока и разойдемся! Не люблю я эту магию…
— Ты слишком далеко зашёл, — прохрипел друид.
Пульсирующее кольцо сдавило шею Ноэля: «Падла! Он и ошейник способен контролировать! Удушить меня вздумал, чертов ублюдок? А вот хрен!» Не выдержав давления Хадвара фиктивное кольцо, в последний раз содрогнувшись, порвало связующие нити и рассыпалось на мелкие энергетические осколки.
— Не может быть … ты… ты сломал ошейник? — остолбенел друид, наблюдая, как частички заклинания растворяются в ауре бывшего узника.
— Фактически ты сам его добил, говнюк. Сука! Я же столько с ним возился! Спасибо, млять! — Ноэль с прискорбием оплакивал своё мертвое творение. Прикрытие липового ошейника теперь кануло в лету.
— Что же мне с тобой делать? — задумчиво протянул друид. — Ты прямо кость в горле.
Поморщившись, он выдернул из ладони нож. Небрежным движением кисти, лезвие скрылось в траве. «Хагх» — с мощным выдохом друид высвободил свою магическую силу, наполняя огнем сразу две руки.
«От двух пламенных сфер уклониться не получится, — Ноэль вытащил из ножен длинные кинжалы, — придется метать им навстречу сталь и гасить убойную силу…»
— Хадвар! Ноэль! Что здесь происходит?!
Между мужчинами встала Ада. Огонь в руках Хадвара погас. Ноэль опустил клинки.
— Я повторяю ещё раз! Что. Здесь. Творится?!
— Я патрулировал территорию и засек его, — Хадвар сплюнул в сторону Ноэля. — Он нарушил договор, вывел из строя твое заклинание. Попробуй, упрекни меня в моих действиях.
— Ноэль? — она повернулась к вору.
— Как ты нашла нас?
— Ты ещё смеешь задавать вопросы! — дернулся к нему Хадвар. Ада жестом остановила друида.
— В окрестностях Иссурима я могу отследить любой след жизни. Не найдя тебя дома, найти тебя в другом месте было лишь вопросом времени.
— Хотела поговорить? Что-то важное или подождет до завтра?
— Ты больше не подойдешь к ней! — прорычал друид.
— Я не твоя собственность, Хадвар.
— Верно! — друид схватил девушку за плечи. — Ты ничья собственность, Ада!
— Хватит! — она сбила его руки. — Довольно… пожалуйста, Хадвар, иди… патрулируй дальше. Тут я справлюсь сама.
— Я не уйду, пока он здесь!
— Я сказала — я справлюсь!
Взгляд девушки не терпел пререканий. Яростно сжав кулаки, Хадвар отстранился от друидки и, глазами сравняв Ноэля с землёй, скрылся в темноте. Ада подошла к безмолвному вору. Мужчина уже прокручивал в голове десятки вопросов и претензий, на которые ему придется выдумать хоть мало-мальски приемлемые оправдания. Но она молчала. Девушка просто смотрела на него, и взгляд этот без лишних слов выворачивал всё его нутро наизнанку.
— Пошли, — тихо сказала Ада.
Ноэль не знал, сколько времени прошло. После двух пройденных в молчании холмов, он развлекал себя, высчитывая шаги, но сбившись на двенадцатой сотне, вновь вернулся к реальному миру. Ада ждала от него первого шага, но в голове была лишь одна пустота.
— Ты знала, что Хадвар пользуется магией?
— Не знала. А знаешь, чего я не знаю и сейчас?
— Чего?
— Какого черта ты делаешь, Ноэль?! Вот чего!
— Если ты из-за взломанного ошейника…
— Да знаю я о твоём ошейнике! Неужели ты думал, что я не увижу твои косолапые правки в своём заклинании? Великая мать! Да я даже знаю о твоей ручной мыши, которую ты приручил ещё сидя в погребе.