— Ладно, ладно... давайте пойдем по этим следам, — говорит Ронан, явно растерявшись. — Как только все снова оденутся. Финбар, Оуэн, пойдемте со мной, чтобы быстро осмотреть следы, прежде чем мы пойдем по ним. Легкий румянец покрывает его щеки, когда он отрывает от меня взгляд, а затем бросается в лес, а двое других мужчин следуют за ним.
— Он даже не спросил нас, где следы, — шепчет мне Кандра, в ее глазах играет веселье. Она сделала себе что-то вроде друидского плаща из своего огромного одеяла, прикрыв каждый сантиметр кожи и накинув капюшон на волосы.
Я кусаю губу, бросаю одежду рядом с Хендриком, чтобы освободить руки, а затем быстро разворачиваю сложенное одеяло, чтобы накрыть ноги.
Хендрик поворачивается ко мне и открывает рот, чтобы сказать какую-то лукавую шутку, но Имоджен дает ему пинок.
— Больше ни слова, или я завяжу тебе рот.
Мужчина пожимает плечами, а затем подмигивает мне, когда она не смотрит.
— Ты просто не можешь себя сдерживать, да? — я стою рядом с ним, раскладывая свою одежду.
— Ты даже не представляешь, в какие неприятности меня иногда втягивает мой рот. — Его глаза блестят, когда он смотрит на меня, а затем отводит взгляд. — Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя некомфортно. Иногда, когда в моей голове появляется какая-то шутка, она просто вылетает из моего рта, но я хочу, чтобы ты и Кандра чувствовали себя здесь желанными гостями, частью семьи, — он кивает в сторону Кандры, которая болтает с другими. — Она уже начала бросать в меня едой, вместе с Бреа и Алани. Это их любимое развлечение.
Он передает мне мою дымящуюся тунику, и я прижимаю ее к груди, наслаждаясь теплом, исходящим от нее.
Я смотрю на него исподлобья.
— Я знаю, чем чреват плохой контроль над собой, — я злобно улыбаюсь. — Иногда люди настолько меня бесят, что я просто не могу удержаться от того, чтобы их задушить.
Он смеется.
— Принято к сведению. Постараюсь оставаться в хороших отношениях с тобой.
Я плюхаюсь на дорогу рядом с ним и наблюдаю, как он работает.
— Есть много ужасных людей, которые пользуются чужой уязвимостью, используют шутки, чтобы унизить других, но я думаю, что в глубине души ты хороший человек. Под бездушным юмором и плохими шутками.
— Плохие шутки? — его голос становится высоким, но потом он качает головой. — Я хорошо знаю этот твой взгляд. Ты бежишь от чего-то, что не дает тебе покоя, но здесь оно не может тебя найти, и для нас оно не имеет значения. Я знаю, о чем говорю. Есть причина, по которой я вырос при дворе Ронана, а не в доме своих родителей. Что бы это ни было, отпусти его.
Хендрик протягивает мне сухую одежду и начинает сушить следующую. Я поворачиваюсь и ухожу в лес, чтобы переодеться, потому что мне абсолютно нечего ответить. Его слова крутятся в моей голове.
Почему улыбающиеся люди, которые всегда шутят и веселятся, кажутся обладателями самого мрачного прошлого? Может, каждый из нас учится прятать свою боль за смехом.
Глава 8
Наоми
Охотничья группа разделяется на две части, чтобы атаковать логово гоблинов с двух сторон. Я иду следом за Ронаном и Хендриком, держа заряженный арбалет, который мне одолжили, у себя под рукой. Мои пальцы покрыты молниями. Редкие лучи солнца, пробивающиеся сквозь густую листву деревьев, отражаются от обнаженных клинков воинов вокруг меня, и я молюсь, чтобы это не выдало наше приближение.
Мы осторожно ступаем, почти не шумя, даже когда идем по опавшей листве и сухим веткам. Я использую свою слабую магию, чтобы поднять ноги над землей с помощью крошечных воздушных карманов, чтобы они не соприкасались с лесным покровом. Следы гоблинов, полные гнили и разложения, становятся хаотичными и приводят нас к небольшой поляне между огромными стволами деревьев. Здесь повсюду отпечатки рук, следы гнили и вытоптанная трава — гоблины регулярно ходят по этой тропе.
Чуть дальше крутая каменная стена прорезает лес, усеянная щелями и обрывами. Возможно, система пещер. Гортанный звук незнакомого языка красношапочника эхом разносится по камням и заставляет мою кровь застыть в жилах.
Ронан указывает на валун, а затем на меня. Он показывает на дерево, а затем на Кандру. Мы должны прикрывать их, пока они приближаются к пещерам. Я получила приказ следовать за ними, а Кандра остается снаружи. Ронан, Хендрик, Бреа и Финбар ждут, пока мы займем свои позиции, а я царапаю руки, карабкаясь по каменной глыбе. С левой стороны раздается птичий крик, и Ронан отвечает на него таким же свистом.
Четверо охотников бросаются вперед, к каменным утесам с одной стороны, а Имоджен и ее команда из четырех человек занимают другую сторону. Кажется, что здесь много входов, но звуки и следы идут только от двух.
Мое сердце бешено бьется в груди, пока я осматриваю территорию вокруг Ронана в поисках любой угрозы. Я дышу ровно, сосредоточенно, наводя арбалет.
Гоблин-красношапочник выходит из пещеры на несколько шагов вперёд и замирает. Его обвисшая серая кожа делает его незаметным на фоне скалы, и он стоит, морщась от света. Когтистые пальцы существа слабо сжимают рукоять топора, как будто это трость, а не оружие, готовое к бою.
В моей голове мелькают образы его сородичей, которые лезли на стену, рыча и щелкая челюстями с рядами длинных зубов. Их кожа была покрыта засохшей кровью, а когти оставляли глубокие царапины на камне стены, которую они пытались преодолеть. Их глаза были полны чистой кровожадности.
Я нажимаю на курок арбалета, пропуская электричество через все оружие. Чистый белый свет танцует по стреле и попадает в грудь фейри. Гоблин падает на землю, мертвый. Другой выбегает из пещеры, но вместо того, чтобы броситься в смертельную атаку на группу Ронана, он падает на землю и хватает своего товарища. В него летят стрелы из луков других, сидящих на деревьях, но гоблин не умирает, пока я не перезаряжаю арбалет и не останавливаю его сердце своей магией.
Из пещеры доносятся новые вопли, но никто не выходит. Ронан поднимает руку, и когда они не атакуют, из леса вокруг нас не выбегают другие гоблины, чтобы вступить в бой, он указывает на меня пальцем, а затем подзывает к себе.
Мы идем в пещеру, и он хочет, чтобы я прикрывала его со спины. Я перезаряжаю арбалет, сползаю с валуна и несколькими быстрыми шагами присоединяюсь к группе. Меня покрывает холодный пот, когда Ронан ведет нас к входу в пещеру, из которой доносится громкий скулеж. Остальные члены нашей группы прикрывают нас из-за деревьев на случай, если появятся еще гоблины и попытаются заблокировать выход, но страх все равно охватывает меня.
Дорога пещеры ведет вниз, а потолок поднимается. Хендрик освещает проход, посылая вперед облако огненных шаров. Я занимаю позицию рядом с Бреа у входа с нашими арбалетами, а Ронан, Хендрик и Финбар идут впереди, образуя линию обороны. Я могу легко стрелять над их головами и направлять стрелы с помощью магии, но у меня хватит сил только на несколько хороших выстрелов.
Пещера небольшая и неглубокая, по ней разбросаны куски туш животных. Гоблины прячутся здесь уже довольно долго. Трое из них прижались друг к другу в углу и хнычут, а четвертый стоит перед ними, размахивая топором. От них исходит невыносимая вонь. Как от канализации и гнили.