Она вырвала из земли длинный стебелек и провела им по внутренней стороне руки Асима. Что, если он ничего не чувствует? Вдруг при падении не только был поврежден позвоночник, но и задет спинной мозг? Что, если паралич? Сейчас она уже не думала об угрозах Малека. За столь короткое время она так полюбила этого чудесного лучезарного юношу, что, представив Асима до конца жизни прикованным к кровати, она почувствовала невыносимую печаль.
– Ты что-нибудь ощущаешь? – спросила она, в тревоге ожидая, что он скажет.
– Да, щекотно, – ответил Асим. Беатриче готова была его расцеловать. – Это соломинка?
– Угадал. А так?
Она засучила широкую штанину и провела соломинкой по бедру.
– Опять щекочет.
Беатриче стянула с него сапоги и дотронулась до пальцев ног.
– А так?
– Пожалуйста, перестань! Я страшно боюсь щекотки.
«Чувствительность сохранилась. – У Беатриче камень свалился с души. – Теперь посмотрим, что с моторикой».
– Ты все хорошо сделал, Асим, – похвалила его Беатриче. – А теперь сложи пальцы вместе. – Асим без труда выполнил приказание. – Сожми мои руки как можно сильнее. Достаточно! – смеясь, воскликнула она. – Ты мне раздавишь руку! А сейчас последнее, о чем я тебя попрошу, – пошевели пальцами ног.
Все десять пальцев двигались равномерно. На мгновение Беатриче закрыла глаза, мысленно поблагодарив Бога.
– Что со мной? – спросил Асим.
Беатриче снова наклонилась над ним.
– При падении ты повредил позвоночник, – сказала она, проведя рукой по его волосам. – Но не отчаивайся. Ты скоро выздоровеешь. Через несколько недель снова сможешь вставать, ходить и скакать верхом. Но при условии, если будешь хорошо себя вести и исполнять все, что я тебе скажу.
– Я все сделаю, как ты попросишь.
– Знаю, – улыбнулась Беатриче. – А теперь слушай меня. Остаток путешествия ты проведешь на носилках. Ты можешь шевелить руками, поворачивать голову вправо и влево – но больше ничего! Постарайся не двигать ногами и не поднимать голову. И ни в коем случае не садиться. Ты меня понял?
Асим кивнул.
– Я попрошу, чтобы тебя отнесли в нашу кибитку, – поднявшись, сказала Беатриче. – Ясмина позаботится о тебе и поможет скоротать время в пути. Она знает много всяких историй и с удовольствием тебе их расскажет. Ты любишь истории?
Юноша кивнул.
– Мурат, Кемаль! – позвал Асим братьев. – Вы слышали, что сказала Зекирех? Несите меня в кибитку.
– Но умоляю вас, будьте предельно осторожны. И ради всего святого, только не споткнитесь!
Братья подняли с земли носилки и медленно, рассчитывая каждый шаг, понесли их к кибитке. Малек взял Беатриче за руку и отвел в сторону.
– Скажи честно, что с моим братом? – тихо спросил он. – Ты ведь ему не сказала всей правды. Поскольку здесь нет его отца с матерью, я как старший брат несу за него ответственность. Говори все как есть!
Беатриче перевела дух. Ей хотелось сказать Малеку всю правду. Но как это сделать?
– Асим сломал позвоночник, – начала она. – Но угрозы для жизни нет, и серьезных нарушений – тоже. Но если в то время, когда будут срастаться кости, он сделает неправильное движение, тем более, если упадет – последствия могут быть тяжелыми.
– Что ты имеешь в виду? Я не понимаю…
– Скажу яснее: одно неловкое движение – и он может стать парализованным. На всю жизнь.
Малек побледнел как мел.
– Калека? – в ужасе зашептал он. – Аллах всемогущий, не допусти этого! Мои родители и так были против, чтобы он ехал с нами в Газну. Они согласились только потому, что Асим слезно умолял их отпустить его с нами. Я обещал, что с ним ничего не случится. Если он на всю жизнь останется калекой… Я никогда себе не прощу этого. Как я посмотрю родителям в глаза? – Он сильно сжал ей плечо. – Умоляю тебя: сделай все, что в твоих силах, чтобы уберечь Асима от такой судьбы.
– Все, что могла, я уже сделала, Малек. Теперь судьба Асима в руках Аллаха. Проси Его о милости и помни о том, что я тебе сказала. Пока не срастется позвоночник, Асим должен соблюдать покой. Потом он снова сможет весело бегать, будто ничего и не случилось.
– Клянусь Аллахом и всеми святыми: если мой брат выздоровеет, я щедро вознагражу тебя. Ты получишь титул Великой Целительницы всех времен и народов.
– Оставим этот разговор, Малек. Подождем, когда Асим поправится.
– Да, да, конечно. Я только хотел…
– Буду тебе очень признательна, если ты дашь мне лошадь. Асима разместили в кибитке, а идти за ней пешком мне бы не хотелось.