Она стояла в начале лестницы. Расположившись на второй ступени, она казалась выше мельтешащих перед ней работников. Несколько слуг несли коробки, другие подносили на шелковых подушках различные маски.
— Все не то! — Ирида отмахнулась рукой от ярко-желтой, украшенной перьями и камнями маски. — Нет, вы издеваетесь надо мной! Моя девочка должна блистать, понимаете? Должна быть одной из лучших! Поговаривают, сегодня на бале будет княжич, а, значит, Амаранточна непременно должна покорить его сердце! Стоп, — она замерла, принюхиваясь, — кто принес сюда орхидеи?! У меня аллергия на эти ужасные цветы! Найти, выкинуть, а принесшего их уволить без выходного пособия! О, великая Рейт, с кем приходится работать, так, — она отловила юного паренька, проносящего мимо очередную коробку, — ты! Принесешь мне бокал розе сию же секунду.
— Но, миледи, я же...
— Не поняла?! Ты, что же, хочешь потерять работу?
— Да, миледи, сейчас будет исполнено!
Передав коробку, служка унесся в сторону кухни, искать для госпожи требуемое розе. Кстати, о нем. Если уж тетушка запросила бокал холодного Алитанского вина, чьи виноградники росли на юге Нитании - все хуже, чем могло бы быть. Его она пила в исключительных случаях, когда нервы натягивались в тонкую струну, звенящую от напряжения.
— Тетушка, — все же рискнула обратиться к ней я.
Впрочем, терять-то мне уже нечего, можно стать немного посмелее.
— О, Тессания, ты, наконец, соизволила проснуться? — Ирида обернулась, чуть приподняла голову вверх и прищурилась, разглядывая меня. Уголки её губ приподнялись в улыбке. — Хотя, чего это я. Ты же у нас сегодня именинница, верно?
Я осторожно кивнула, не понимая, к чему клонит тетушка. В какой-то момент мне захотелось броситься догонять служку, попросить его принести не просто бокал розе, а целую бутылку. Вернее будет.
Но, так уж вышло, сегодня я стала совершеннолетней, а значит, тетушка отныне не имеет надо мной никакой власти. Эта мысль приятно согрела сердце, подкинув в небольшой огонёк пламени брусок, моментально сгоревший в ярком огне.
— Верно, тетушка. — кивнула, ухватившись за перила, ступила на первую сверху ступень.
— Значит, ты больше не нуждаешься в моей опеке и помощи. — она победно улыбнулась, чем заставила меня застыть, так и не сделав следующий шаг. — С Днем Рождения, милая племянница, и удачи в самостоятельных сборах к балу, она тебе явно понадобится.
Картинно прижав левую руку к груди, Ирида заливисто расхохоталась, чем напугала слуг; бедняги ускорили шаг, едва не роняя на пол коробочки и подушечки.
Ну, всё, приплыли, как любила говорить Кира. Даже если я смогу зашнуровать корсет на платье, что в принципе не представлялось возможным, ведь все ленты с крючками располагались на спине, то я совершенно не имела понятия, как собрать свои волосы в элегантную прическу!
Едва не взвыла от отчаянья, волной накрывшего с головой, как:
“— Стоп, Тесс!” — мысленно отвесила себе затрещину, тут же успокаиваясь, выдыхая.
Нужно мыслить рационально.
В конце концов, ну, не рассчитывала же я на помощь от тетушки, действительно? Зато, я точно знаю, кто сможет мне помочь подготовиться к балу! Те, кто ни разу ни в чем мне не отказал, кто оберегал меня, подкармливал и помогал советами.
Улыбнувшись поднявшемуся настроению, я подобрала полы халата. Бодрым, уверенным шагом я направилась в сторону кухни, к людям, заменившим мне семью.
6.1
Коридоры в этой части дома оказались пустынны, будучи в нервном состоянии леди совершенно забывали принимать пищу. Однако, не забывали гонять служек за очередным бокалом игристого напитка. Хотя, лично меня вина не прельщали, скорее наоборот. Даже несколько глотков оказывали пагубное воздействие, уж слишком быстро я пьянела. Поэтому, веселым пузырькам я скорее предпочитала простую воду или же сок.
В царстве духовок и запахов еды было многолюдно, пожалуй, даже слишком. Не обремененные работой девушки расселись за столом, на котором расположился пузатый чайник в окружении простецких кружек. Рядом с ним водрузили миску с порезанными яблоками, чуть присыпанными сахаром, да креманку с перетертыми ягодами.