В тронный зал вошли воины, сопровождающие Маркуса.
– Папа! – радостно крикнул мальчик и бросился в объятия Дэрила.
Южанин прижал к себе Маркуса и зажмурился. Как же он соскучился по сыну. Боялся разжать руки.
– Маркус, – выдохнул Дэрил, лихорадочно целуя щеки сына. – Ты жив!
Притянул сына обратно к себе и крепко обнял. Маркус с интересом посмотрел на Миранду и прошептал:
– Папа, это ангел?
Дэрил судорожно сглотнул и перевел взгляд на феникса, она смотрела на него. Ее одолевали смешанные эмоции. Радость от того, что любимый вернул себе сына, грусть – потому что ей предстояло расстаться с ним быть может навсегда…
– Да, она ангел. Она помогла мне спасти тебя, – ответил Дэрил.
Мужчина посмотрел с сожалением на феникса. Душу разрывало в клочья, не хотел оставлять Миранду, но другого выхода не было.
– Дэрил, ты свободен. Забирай мальчишку и возвращайся в свои земли, – небрежно махнул рукой милорд, сосредоточив взгляд на девушке.
Миранда сложила крылья, и огонь развеялся. Она снова стала обычной девушкой. Мышцы ныли от усталости, но феникс этого не показывала. Ей нельзя проявлять слабость в тылу врага.
– Если ты не сдержишь слово и нападешь на Дэрила и Маркуса, я покину твои владения и уничтожу поля с пшеницей, как и обещала. Не забывай, я дочь пламени и гораздо сильнее твоих воинов, к тому же умею летать, – предупредила Миранда, одарив милорда ледяным взглядом.
– Я пришлю тебе почтового голубя, когда доберусь до своих владений, – заявил Дэрил, давая понять дяде, что намерен оповестить хищницу о своим благополучии.
Джейме не собирался убивать племянника, не видел в этом смысла. Есть враги куда опаснее, чем один наемник, который к тому же мог пригодиться в борьбе с севером.
– Конечно, будем ждать весточку, – хмыкнул милорд.
Дэрил благодарно кивнул Миранде, взял за руку сына и поспешил прочь, не оглядываясь. Мужчине нельзя было демонстрировать свою привязанность, иначе дядя бы понял, что племянник вернется за своей женщиной.
Когда любимый скрылся из вида, Миранду парализовала боль, сковывая все мышцы. Сердце казалось разорвалось в груди. Девушка не думала, что расставание будет таким болезненным. Феникс осознала насколько дорог ей Дэрил. Вот только им так и не удалось поговорить и помириться. Вернется ли он за ней? Огонь в ее груди бушевал, бился о ребра, ощущал терзания хозяйки и хотел освободиться и подарить ей свободу, чтобы юная дева расправила крылья и улетела прочь. Однако Миранда надежно сдерживала пламя, не позволяя ему вырваться.
Миранду отвели в комнату, которую приготовили специально для нее. Это была тюрьма. По другому не назовешь помещение без окон и со стальной дверью. Хоть внутри и было несколько комнат: спальня, ванная, кухня, но без солнечного света все казалось темницей. Джейме позаботился о том, чтобы хищница не сбежала. К ее появлению оборудовал это пространство так, чтобы феникс не смогла упорхнуть.
Миранда поняла, что без посторонней помощи ей не выбраться. Что, если Дэрил не вернется? Паника окутала душу. Девушка сползла по стеночке, уткнулась лбом в колени. Ее затопила печаль и боль, обреченность…
В тот момент Дэрил ощутил сильное жжение на руке. Клеймо феникса горело и пылало так, что мужчина не удержал стон. Воин понял, насколько плохо его любимой. И не один Дэрил почувствовал это.
Картэр въехал на земли южан, и тоже застонал, схватившись за запястье. Клеймо пульсировало, горело и причиняло страшную муку. Тэри осознал, что феникс в беде, ведь ее искра рвалась к хозяйке на помощь. Принц воспользовался этим сигналом, как маяком. Резко развернул коня и взял путь в ту сторону, куда его тянуло пламя. Милорд понимал, что находился на территории врага. Если попадется южанам, его сразу казнят, ведь Картэру не хватит людей отбиться от атаки воинов Мормонта, но другого выхода не было, он должен был спасти девушку.
Искра Дэрила взбунтовалась, жгла мужчину изнутри, причиняя муку.
– Папа, если ангел спасла меня, то почему мы ее оставили там одну? – задал вопрос Маркус.
– Она пожертвовала собой, чтобы у меня появился шанс спрятать тебя, – ответил Дэрил и поморщился.
Запястье пульсировало.
– Папа, ну какие же мы с тобой воины, если позволили девушке пожертвовать собой? Это мы должны ее защищать, а не наоборот! Ты же всегда учил меня, что женщин надо оберегать, – вскинул брови мальчик, а Дэрил резко остановил коня и внимательно посмотрел на Маркуса.
Когда его мальчик успел вырасти? Ему всего-то шесть лет, а рассуждал как взрослый. Это и не удивительно, дети на Авалоне взрослели рано, потому что их намеренно лишали детства, обучали сражаться и убивать, чтобы вырастить крепких, бесстрашных воинов.
– Я не могу вернуться за ней с тобой! Это опасно. Если милорд нас схватит, то убьет, – прошептал Дэрил, его терзали сомнения, не знал, как поступить.
Сердце рвалось на помощь к любимой, а разум требовал уберечь сына.
– Папа, я уже не ребенок! Я умею сражаться, не переживай за меня. Все это время, которое провел у милорда, только и делал, что обучался военной дисциплине. Давай вернемся! Если что, я убегу и спрячусь, но не дамся в руки воинам, обещаю.
– Маркус, – выдохнул Дэрил, смотря на сына.
Сердце победило. Воин развернул коня и пришпорил животное со всей силой. Мужчина не знал, как освободить девушку и уследить за сыном, чтобы тот не попал в беду. Однако Маркус прав, какой он мужчина после этого, если не спасет феникса?
Дэрил хорошо знал замок и расположение внутренних дворов, только как определить, где держали Миранду?
Воин с сыном укрылись в лесу, когда ночь окутала землю. Дэрил развел огонь, обдумывая план действий. Маркус сидел рядом, смотря на пламя. Когда услышали шорох, доносившийся из глубины леса, мгновенно подскочили на ноги.
Поляну окружили солдаты. Дэрил прищурился, рассмотрев на доспехах герб «Волк и кнут». Далеко же забрались северяне… Навстречу вышел Картэр, пылая от ярости.
– Где она? – прорычал он зловеще, а у Дэрила ни один нерв не пошевелился.
Южанин усмехнулся и покачал головой. Какое-то издевательство судьбы. Еще пару дней назад хотел найти Картэра, чтобы предстать с ним перед фениксом, надеясь, что девушка сделает осознанный выбор. А теперь, видя соперника, понял, что не готов уступить ему Миранду. Мысль, что феникс будет принадлежать сыну Тайлера, резала без ножа его душу. Дэрил никому не отдаст свою любимую!
– Попала в плен к милорду Джейме, ее держат в замке, – спокойно ответил Дэрил. – Если убьешь меня, то не сможешь освободить феникса. Я знаю о сильных и слабых сторонах замка, в курсе, когда сменяется охрана, и где расположены потайные ходы. Как раз выжидаю благоприятный момент, чтобы проникнуть на территорию под покровом ночи.
Картэр недоверчиво посмотрел на внука Мормонта и приказал своим воинам убрать оружие.
– Ты хочешь ее спасти? Не понимаю, зачем ты похитил ее? Я думал, ты хотел стать драконом, поэтому увез… – начал Тэри, но Дэрил его перебил.
– Я украл Миранду, потому что мой дядя приказал привезти ему феникса, а иначе он бы убил моего сына. Я все это сделал ради своего ребенка. Ты поймешь меня, когда станешь отцом. Ради детей родители готовы на все. Я совершил обмен. Миранда добровольно пошла на эту сделку, а теперь ей нужна помощь, чтобы выбраться. Желаю спасти девушку, потому что люблю ее и хочу жениться на ней.
Картэр покачнулся от слов Дэрила. Принц непроизвольно сжал рукоять своего меча. Тэри понимал, что искра феникса сделала соперника равным по силе. Принц с удовольствием бы прирезал южанина, однако понимал, что без помощи врага не сможет попасть на территорию замка. Джейме охранял свои владения так, что мышь незамеченной не прошла бы, к тому же у милорда было большое войско. Заметив сына Тайлера, наверняка спустил бы всех собак. Картэр понимал, что придется действовать сообща с Дэрилом. Поморщился от этой мысли, однако другого выхода не видел, на кону стояла жизнь Миранды.
– Я тоже ее люблю и хочу жениться. Ну и как мы ее будем делить? Устроим смертельный бой? – хмыкнул Тэри, бросив уничтожающий взгляд на Дэрила.
– Нет! Я успел изучить феникса. Смерть одного из нас принесет ей сильную муку, потому что мы оба ей дороги. Пусть она сделает выбор. Одному из нас придется отдать ей искру, чтобы она смогла создать дракона. Миранда заслуживает счастья, – с тоской проговорил Дэрил, он скучал по любимой несмотря ни на что.