Тем временем войско Артура и Картэра приближалось к бухте кораблей. Путь им преградил Тайлер со своими людьми. Братья переглянулись. Тревога закралась в их души. Поле было усыпано врагами, численный перевес на стороне противника.
– Готов сразиться с отцом и братьями? – спросил Артур, взглянув на Тэри.
– Единственный брат у меня – это ты, а там, – кивнул он головой, – наш общий враг. Мы перестали быть родственниками в тот самый момент, когда выбрали любовь, а не бессмертие, – ответил Картэр.
– Хочу, чтобы ты знал… Ты единственный из всех, кто близок мне по духу, – признался Артур и похлопал Тэри по плечу.
Артур подал сигнал войску. Воины, словно острие меча, устремились на врага. Через несколько минут тишину нарушил звон соприкасающихся металлов, ржание коней, стоны раненых. Месиво… Это было самое настоящее месиво. Пока обычные люди бились между собой, Артур и Тэри пробирались дальше, разрубая на части врагов. Братья двигались в сторону холма, где на вершине стояли бессмертные. Они специально не принимали участия в этой битве, наблюдали со стороны. Знали, что Артуру и Картэру придется потратить силы прежде, чем они доберутся до них.
На вершине холма появились Артур и Картэр, их доспехи покрылись кровавыми разводами, но милорды не были ранены. Броня, которую им выковал кузнец, очень прочная, и ни один металл не смог пробить ее. Братья прерывисто дышали и смотрели на членов своей семьи. Арман и Аид расправили крылья, скалились, глядя на братьев. Им не терпелось помериться силой, вступить в бой. Тайлер стоял чуть в стороне с довольной ухмылкой, наблюдая за сыновьями. Он не собирался участвовать в сражении.
– Глупцы, предпочли любовь бессмертию, – хмыкнул Тайлер, с ненавистью посмотрев на Артура и Тэри.
– Мы выбрали верный путь, не превратились в бездушных существ, которых больше ничего не радует в этом мире. Мы купаемся в любви и преданности, чего вам уже никогда не испытать, – холодно заявил Артур.
В его глазах отразился огонь, и принц раскрыл крылья, обретая сущность дракона. Следом за ним и Тэри раскрыл крылья.
Братья сцепились в схватке. Артур схлестнулся с Арманом, а Тэри с Аидом. Тайлер же стоял в стороне, наблюдая за битвой сыновей. У него дух захватывало. Его отпрыски стали могущественными мужчинами. Он надеялся, что все они будут на одной стороне, хотя не исключал, что любовь ослепит кого-нибудь из них. Тайлер осмотрелся по сторонам. Не найдя фениксов, догадался, что женщин спрятали. На такой случай у него тоже был подготовлен свой план. Недаром он заслал наемников в ряды армии Артура. Куда бы ни спрятали хищниц, их все равно убьют лучшие головорезы.
Арман чувствовал, что брат сильнее, к тому же не мог ранить Артура, потому что его броня выдерживала мощнейшие удары, не причиняя вреда. Зато атаки Артура оставляли болезненные порезы, которые с трудом затягивались. Арман понял, что в руках брата оружие, выкованное из пера феникса. Значит, бой для одного из них закончится смертью. Вот только никто из них не собирался знакомиться с ней. Артур сосредоточился и призвал к себе больше огня, так, чтобы и Силена не лишилась сил. Он понимал, что ослабил жену, но другого выхода не было.
Аид и Картэр были равны, оставалось полагаться только на свою технику. Аиду абсолютно все равно, как закончится бой. Он ненавидел всех: и братьев, и отца, будь его воля, перерезал бы им глотки и взошел на престол. Бросил взгляд на отца. Тайлер по-прежнему стоял в стороне, не участвовал в поединке. Он не собирался помогать сыновьям, лишь в случае проигрыша бессмертных, пришел бы на выручку. Аида это злило. Почему братья должны биться, а отец просто наблюдать? Почему он всегда распоряжался их судьбами? Король изначально запланировал создать драконов, даже не интересовался, хотели ли его мальчики обрести крылья? Почему отец манипулировал сыновьями так, как ему было удобно и выгодно?
Аид понимал, что на Тэри прочная броня и убить брата не так-то просто. Зато перо феникса в руках Картэра легко могло отнять его жизнь. Аид не собирался умирать сегодня. Он никогда не хотел воевать. Вспомнил своего феникса, Вольта, няню. Они ведь были его семьей, он жил спокойно и мирно, никого не трогал. Отец заставил убить волка. Его единственного друга, по которому Аид до сих пор скучал. Перед глазами всплыл образ улыбающейся Венеры. Феникс его любила, несмотря ни на что… Ни одна женщина к нему не относилась так, как хищница. Он предал ее, отобрал бессмертие, ради чего? Чтобы сдохнуть сегодня на этом холме? Распрощаться с вечностью только потому, что отец решил наказать Артура и Тэри? А ведь они не побоялись ослушаться отца. Аид завидовал их храбрости. Они бросили вызов родителю, рискнули поступить по-своему. Если бы Аид решился на такое, то быть может, уберег бы и няню, и волка… Но ему не хватило мужества. Желание отомстить отцу с новой силой затопило его. Аид зарычал и усилил свой напор на Тэри. Их мечи соприкоснулись, издав при этом громкий лязг. Братья смотрели друг на друга с ненавистью и злостью. Аид применил прием, которому его много лет назад обучил главнокомандующий Крон и сбил с ног Тэри. Картэр с размаху приземлился на лопатки, крылья раскинулись в разные стороны. В этот момент подскочил Тайлер и вогнал меч в крыло, пробив насквозь, чтобы младший сын не смог взлететь. Тэри застонал от боли. Ведь крылья стали его частью. Меч надежно прибил его крыло к земле, Картэр осознал, что подняться в воздух не получится.
Артур заметил, что младшего брата обездвижили, и хотел броситься на помощь, но Арман не позволил.
– Добей его, – прорычал Тайлер, смотря на Аида. – У них крепкая броня, однако, у любого дракона есть самое слабое место – это сердце. Область, которая не затянется, если пронзить насквозь. Стащи с него броню и пронзи сердце. Одним предателем станет меньше.
Аид смахнул со лба капельки пота и посмотрел надменно на короля и на брата, лежащего на земле. Тэри пытался подняться, но Тайлер вогнал меч и во второе крыло, надежно приковав сына к каменистой поверхности. Металл драконьего пера… Поэтому Картэру не удавалось сделать взмах крыльями, меч прочно удерживал на месте. Адская боль поражала тело, стоило пошевелиться. Тайлер знал все слабые места драконов и воспользовался этим. Врагам оставалось только стащить броню с грудной клетки Тэри и казнить его.
Губы Аида изогнулись в злой ухмылке. Он поднял меч Тэри с земли и двинулся на брата, глядя ему в глаза. Картэр не боялся смерти, он был готов к такому исходу, ведь на войне всегда кто-то умирает. Смотрел на старшего брата, вздернув подбородок. Все, о чем он сожалел, что никогда больше не увидит Миранду, не услышит ее звонкий голос. А может это и к лучшему? Теперь любимая стала женой Дэрила и навсегда потеряна для него.
– Тэри! – отчаянно завопил Артур и излучил телом огонь, чтобы отшвырнуть подальше от себя Армана.
Брат отлетел на несколько метров и врезался спиной в дерево. Зажмурился от боли, выдергивая из ноги обломок ветки. Арман взмахнул крыльями и в мгновение ока налетел на Артура, сбив его с ног. Они кубарем покатились по земле, сцепившись друг с другом. Артура накрыла паника, ему не хотелось, чтобы Картэр погиб. Артур сосредоточился и призвал к себе еще больше огня, понимая, что оставил жену с одной искрой, но ему требовалось превосходство над Арманом. Он излучил телом сильную огненную волну, отбросив от себя старшего брата. Взмахнул крыльями и сбил с ног Аида. Артур готовился к атаке сразу двух бессмертных.
Тайлер воспользовался моментом и расстегнул броню Тэри, попытался освободить его от защиты. Артуру снова преградил путь Арман, не позволяя помочь младшему брату. Тайлер занес нож для смертельного удара, хладнокровно смотря в глаза Тэри. Картэр даже не моргал, понял, что проиграл, и готов был принять смерть. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Он лишь вздрогнул, когда его оросила алая кровь. Тэри чаще заморгал, не понимая, что произошло, пока не увидел острие своего меча, прошедшего через сердце Тайлера.
Король севера выронил нож из руки, не в силах вдохнуть. Он получил удар в спину, низкий и подлый поступок, никто из воинов Авалона не нападал со спины, все чтили свою репутацию. Король повернул голову в сторону, наткнувшись на самодовольный взгляд Аида. Четвертый сын вогнал меч, выкованный из пера феникса, отцу в сердце.