— Ты так сильно сжала вилку, что она чуть не сломалась. Ты ждала чего-то плохого? Тебя что-то напугало?
— Братья, — наконец-то выдавила она. — Приехали за мной. Вернуть.
— Они не смогут забрать тебя без твоего согласия. Ты замужем.
Марьям смущённо потупилась.
— Не совсем, — отчаянно покраснев, всё-таки обронила она.
Однако Увайс и глазом не моргнул, тотчас поспешив обратить внезапное признание себе на пользу.
— А ты не знаешь, почему? — вкрадчиво уточнил он.
Марьям отрицательно помотала головой, а затем добавила, пожав плечами:
— Он болен. Ранен.
Но Увайс не сдавался.
— Что не мешает ему ездить на работу, — напомнил с нажимом.
— Устаёт, — согласилась Марьям.
В этот момент на пороге появилась Рина, поэтому Увайс предпочёл промолчать. Единственное, что он себе позволил, это длинно выдохнуть, не скрывая разочарования, и удалился в свой угол — неспешно листать одолженные у Рины учебники с целью освежить обязательную школьную программу.
С утра девушки прекрасно обходились без его участия, но после возвращения с ужина Марьям стала более рассеянной, часто ошибалась, больше мешая подруге, чем помогая. Её мысли явно были далеки от работы — и вскоре Рина не выдержала, безапелляционно отправив всех спать.
Прямому посылу Увайсу было нечего противопоставить, поэтому он подчинился, невольно нарушив данное Егору обещание. Который как раз только-только зашёл в дом — и Марьям, услышав знакомый голос, радостно поскакала его встречать, в то время как Увайс, наоборот, поспешил спрятаться у себя, оставив их разбираться самостоятельно — и не желая попасть под горячую руку друга.
При виде Марьям, Егор едва уловимо помрачнел и, проворно увернувшись от объятий, направился к лестнице.
— Почему ты из меня бегаешь? — застыв посреди холла, обиженно спросила его в спину Марьям.
Успев только поставить ногу на первую ступеньку, Егор не удержался и недоумённо обернулся, не в силах расшифровать посыл девушки.
— Я от тебя не бегаю и никого не избегаю, — кое-как сообразил он. — Я работаю и сильно устаю — дел много, а ранение по-прежнему даёт о себе знать.
— Ты совсем со мной не говоришь.
— Я устал, — терпеливо повторил Егор. И тут же пошёл в атаку: — К тому же ты и сама обычно занята. А освобождаешься поздно. Но я очень рад, что ты подружилась с Риной. Мне важно, чтобы ты не скучала.
После этих слов Марьям немного оттаяла. Однако не успел Егор расслабиться, как последовал новый удар:
— А как же та девочка?
— Какая девочка? — вскинул брови Егор. И попытался обратить всё в шутку: — У меня пока детей нет.
Но Марьям посыла не уловила.
— Сегодня пришла. На ужин. Сказала, невеста.
— Наташа?.. — мигом изменившись в лице, растерянно протянул Егор. И забыв о Марьям, бросился на кухню с возмущённым криком: — Мама!
Марьям проводила его потухшим взглядом, ещё немного постояла и направилась к лестнице. Но пошла не в спальню Егора, а в гостевую, где ещё ни разу не ночевала. И больше в тот вечер оттуда не выходила, обнимая подушку и нервно прислушиваясь к доносящимся снизу крикам, которые было сложно назвать обычным разговором на повышенных тонах.
— Что значит, ты не будешь перед ней извиняться?! — распалялся Анатолий.
— Я готов всё ей объяснить, когда придёт время, но унижаться не буду, — твёрдо и спокойно разжевал свою позицию Егор. — Иначе она всю жизнь так и будет мной помыкать.
— Но иначе она тебя не простит! И расторгнет помолвку.
— Вот и отлично. Истеричная дура, только и умеющая, что жеманничать да устраивать сцены, мне и даром не нужна.
— Зато нам нужна поддержка её родителей. Их связи!
— Тебе нужна. Я прекрасно справляюсь самостоятельно.
— Хорошо, мне! Потому что, если Наташа пожалуется на тебя родителям, уровень кредитного доверия моей фирмы рухнет...
— И ты останешься без денег. Знаю. Ты повторяешь это по сто раз на дню. Но я сомневаюсь, что она совершит такую глупость. Она достаточно умна и расчётлива, чтобы видеть дальше своего носа. К тому же в этом браке она заинтересована не меньше тебя. Недаром она первая заговорила о прощении — то есть выразила согласие сохранить дружеские отношения между нашими семьями как минимум до тех пор, пока всё не разрешится.
— Если ты соизволишь с ней помириться. А ты не желаешь к ней ехать!
— Я не вижу смысла ехать прямо сейчас, — потихоньку закипая, парировал Егор. — Она же наверняка потребует, чтобы я немедленно развёлся в доказательство серьёзности своих намерений. А я не могу. Марьям этого не переживёт.