— Пока это все, — тяжело дыша, сказала Альдеруна. — Я схожу домой, приготовлю настойку из трав и принесу. Ее надо будет давать пить, чтобы он меньше мучился от боли, и прикладывать к ране. Дня три твой супруг пролежит в очень плохом состоянии. Но он крепкий и должен справиться.
— Спасибо вам, добрая женщина, — ответила Вив, с трудом заставляя себя не плакать.
Она стояла на коленях у ложа Мартина, утирая пот с его лба.
— Но скажите, почему вы помогли нам?
— Я ведь говорила, что ненавижу Сигивальда. Знай же, девочка, что несколько месяцев назад его люди надругались над моей внучкой, которая была твоей ровесницей. И она, бедняжка, утопилась в реке. Я в отчаянии бросилась к барону и взывала о правосудии, а он лишь поглумился над моим горем и выгнал вон. С тех пор я осталась одинокой и поклялась, что не прощу. Так-то вот. Глухонемого не опасайся, он мне верен и тоже ненавидит Сигивальда и его слуг.
— Как все это ужасно и в то же время странно, — проговорила Вив.- Я была уверена, что владелец Лу де Куврэ благородный человек, который чтит законы.
— Видно, ты, девочка, слышала о прежнем бароне! Он был и впрямь истинный рыцарь и защитник. Но он недавно умер, а его брат и наследник — сам сатана!
Сказав это, она оставила Вивиану и все еще не пришедшего в сознание Мартина, обещая принести все необходимое как можно быстрее.
Монастырь
Следующий час Вив не отходила от Мартина. Выйдя из своего полузабытья, он сразу положил голову к ней на колени и время от времени шептал что-то нежное и ободряющее. Но вскоре девушка почувствовала, что жар у него усиливается.
Альдеруна явилась, как и обещала, с кувшином целебного настоя и мазью.
— Слишком часто это питье принимать нельзя, — предупредила она. — Сейчас выпьешь, а потом еще вечером.
Она мастерски наложила на рану мазь и закрепила ветошью.
— Бабушка, — обратилась к ней Вив. — Помощи нам здесь ждать неоткуда, а Сигивальд разыскивает нас. Мы поняли это из разговора его людей, когда те нас догнали. А наши друзья могут искать еще долго, ведь никто не знает точно, где мы. Думаю, я должна обратиться за помощью к настоятельнице Святой Магдалены. Я попрошу у нее конные носилки и охрану, все объясню ей.
— Ты уверена, что она даст тебе все это? — усомнилась Альдеруна. — Матушка Гертруда, конечно, мудра и напрасно никого не обидит, но для нее важны добрые отношения с бароном!
— Насчет этого не стоит беспокоиться, настоятельница знает моего отца, да и меня вспомнит.
— Ну, если ты в этом уверена, то езжай в монастырь. Я укажу, как доехать короткой дорогой. Только вот тебе мой совет, милая. Коня оставь в селении монастырских литов, а в обитель иди пешком. В жизни все может быть, не отрезай себе путь к отступлению. Заплатишь полденария, там присмотрят за конем, еще и накормят.
— Вижу, ты не очень доверяешь монахиням, — улыбнулась Вив.
— Я никому не доверяю. С годами и ты поймешь, что так безопаснее. Да и конь у вас очень приметный. Дала бы я тебе свою кобылу, да на ней быстро не доскачешь.
— Это опасно для тебя, Вив, — проговорил Мартин.
— Но иного выхода нет! Здесь нас могут найти, и мы станем легкой добычей для негодяев.
А на конных носилках тебя отлично довезут до реки, а там мы и Готье встретим.
Мартин понимал, что Вивиана права. Аббатиса знает, что Вив принцесса, и не позволит Сигивальду и его людям тронуть их. Да те и сами перепугаются, что по неведению преследовали королевскую дочь и ее спутника. Но для этого Вив нужно еще доскакать до обители, а что ждет ее по дороге? Как отпустить ее одну?
— Не волнуйся за меня, — убеждала она. — Я буду осторожна в дороге. И ты сам видел, что я умею сражаться!
— Да, умеешь, но лучше избегай сражений на этот раз! И не забудь спрятать за голенище книжал!
— Не волнуйтесь, господин, — сказала трактирщица. — Я укажу юной госпоже правильную дорогу, люди из замка вряд ли ей там встретятся, это дальше всего от замка, зато удобно подъехать к обители.