Прошло несколько дней.
Заканчивалось лето. Оно продолжало еще радовать теплом, но чем ближе к заходу Солнца, тем сильнее чувствовалось дыхание осени.
Крестьяне и пилигримы, которым нередко приходилось спать под открытым небом, зябко кутались в свои грубые плащи, устраиваясь на ночлег.
Многим из них пора было двигаться в путь, не теряя времени и не дожидаясь осенних дождей.
Но только что было объявлено о победоносном завершении войны в Аквитании. Король прислал вестников с письмом и теперь возвращался домой, и по этому случаю ее величество распорядилась устроить праздник.
Завтра на площадь выкатят бочки с вином, наготовят угощений, пусть и грубоватых, но сытных и обильных, чтобы хватило на всех. Уже передавали из уст в уста, что весь вечер будут выступать гистрионы, а потом их сменят музыканты, и желающие смогут танцевать хоть до утра.
Итак, горожане и приезжие радовались предстоящему шумному празднику, а торговцы ловко сбывали покупательницам ленты, нарядные головные повязки, вуали и прочие, столь милые женским сердцам модные товары.
- Вот посмотри, какое покрывало! Покупай себе и дочкам, и красивее вас никого на празднике не будет! - убеждал продавец немолодую горожанку, явившуюся на торг вместе с дочерьми. - Всего один денарий за покрывало!
- Но это какое-то грубое покрывало! За такие деньги? - возмущалась женщина.
- Да смилуется над тобою Бог, что ты такое говоришь! Я привез этот великолепный товар из самого Толедо! Сама королева носит вуали из подобной ткани!
- Королева носит вуаль из тончайшего шелка, почти незримого глазу! - расхохоталась женщина. - Ты же предлагаешь мне вимпл из домотканого холста, да еще просишь за него денарий!
- Да погоди, куда ты пошла? Вот, посмотри еще это!
Подобные страсти кипели на каждом шагу. Шутки, смех, брань, крики зазывал, ржание лошадей смешивались в обычную для рыночной площади какофонию.
Отец Людгер, в низко спущенном на лицо капюшоне, продрался сквозь толпу, чтобы посмотреть на бой петухов.
Это жестокое и кровавое состязание вызывало интерес среди представителей всех сословий, от бедняков до аристократов. Благодаря тому, что места для его проведения требуется не много, да и затраты на подготовку таких птиц несопоставимы с покупкой и обучением, например, хорошей собаки или сокола, бои проводились часто и пользовались неизменным успехом. Зрители охотно делали ставки, и не были редкостью случаи, когда кто-то проигрывал последнее и окончательно разорялся.
Словно огненные молнии, кидались друг на друга птицы, стараясь ударить противника посильнее в голову, зоб или глаз. Нередко петухи забивали друг друга насмерть под одобрительные вопли зрителей, а хозяева тут же выпускали новых пернатых бойцов.
Это развлечение было для отца Людгера одним из любимых, и пройти мимо он просто не смог.
К тому же, известие о скором возвращении королевских войск было радостным и для него. Ведь во время праздника здесь наверняка появится кто-нибудь из дворцовых слуг и оруженосцев, кого можно будет напоить и выведать что-нибудь о Мартине. Людгер знал, что из-за ранения тот пока никуда не выезжает. Оставалось набраться терпения, чтобы выполнить приказание епископа.
- О нет, Герман, я не могу на такое смотреть! - говорила маленькая Нани, увлекая своего приятеля подальше от площадки с петухами. - Такие бои нравятся только мужчинам! Мой папа любит посмотреть такое, но мама с ним не ходит, и она поколотила бы меня, если бы узнала, что я только минуту постояла здесь!
- А турнир ты видела когда-нибудь? - спросил Герман.
- Только один раз. Туда ведь не пробиться! Но во время последнего турнира мне удалось взобраться на дерево раньше других детей. И вдвойне посчастливилось, что дерево это совсем близко к турнирному полю. О, вот это было интересно! И какая красота! Жаль только, что в тот день не приехали король с королевой, но все принцы бились в общем турнире, а принцесса Вивиана выиграла бой на секирах у такой здоровенной, высокой девицы! А принцесса Изабелла самая красивая на свете! На ней было такое платье, Герман, ты не представляешь! Спереди все расшито жемчугами. А на голове золотой венец...
- Послушай, Нани! - возмутился Герман. - Ты на это дерево лезла, чтобы разглядывать жемчуга и платья? На бои надо было смотреть! Разве тебе не понравилось, как сшибались в схватках лучшие рыцари, как их кони грызлись между собою? И какие это кони, настоящие рыцарские!
- Понравилось! Думаю, что и дамам на трибунах это нравилось не меньше, ах, какими нарядными они были, сколько букетов они бросали могучим шевалье! А еще - перчатки, шарфы, ленты, бусы!
- Нани, а сам турнир ты все-таки видела? - прищурился Герман.
- Да, но не долго. Досмотреть не удалось. Ветка, на которой мы сидели, обломилась, и все мы полетели вниз!
- Да, не повезло! - посочувствовал Герман. - А я вот смотрел до конца. Церемония награждения тоже была интересной. Победителям дарили великолепные кольчуги!
А рыцарю Винифриду, выигравшему турнир, подарили отличного коня! Мой папа знает этого рыцаря, ведь Винифрид был женат на дочери его друга.
- Хорошо быть таким известным, как твой папа, - вздохнула Нани. - О чем не заговоришь, он знает всех. И его все знают.
- Конечно! - с гордостью ответил мальчик. - Не каждому же удается одним ударом уложить десятерых язычников! Папа и теперь охраняет саму королеву! Потому что он сильнее и храбрее других.
- Но вечером он тебя сюда не отпустит! - опечалилась Нани. - А было бы так весело вместе посмотреть на гулянья!