Беренгария
Итак, я возвращаюсь домой.
Достигла ли я того, чего желала?
Многие сказали бы, что да. Ведь я искала богатого и знатного жениха, и вот он у меня есть.
Правда, по возрасту он годится мне в отцы, и при иных обстоятельствах я бы ещё подумала.
Но это глупое происшествие с Адемаром и Вив так подкосило мое здоровье! Бессонница совершенно вымотала. Мало того, еще кто-то распускал сплетни о том, что я помогала Адемару. Как будто рассказать о предстоящей прогулке, причем не врагу, а гостю - это помощь! Я должна отвечать за то, как он использовал услышанное? Нет, не должна!
Сначала я не могла понять, почему вокруг меня образовалась какая-то пустота. Потом догадалась. Эти подобострастные придворные дамы и кавалеры просто боятся разгневать нашу ненаглядную Розу Компьеня - королеву. И ведь основания для подобных мыслей у них были, ибо ее величество перестала замечать меня. Холодный, едва заметный кивок при встрече, и все.
Видимо, ей не хотелось гнать из дворца дочь своих друзей, и она рассчитывала, что я уберусь сама. Я же не уезжала. Это значило бы признать поражение. Признать, что те слухи обо мне - правда.
По счастью, тут очень вовремя ко двору прибыл господин Фредебод, слегка одичавший в своих лесах, потрясенный шумом и блеском Компьеня, но, если отбросить всякие мелочи, то вполне интересный. Интересный в качестве партии для меня, вот что я хотела сказать. Он здесь почти никого не знал, и ему не успели насплетничать обо мне.
Фредебод почти сразу признался мне в своих чувствах и сделал предложение. Я пребывала в сомнениях, но тут вмешались обстоятельства в лице одной знатной особы. Настолько знатной, что противостоять ей открыто я не могла.
Сидя в тот день в саду, я мысленно взвешивала преимущества и недостатки брака с Фредебодом. И тут, как ни странно, кто-то решил нарушить мое уединение. В последнее время такое случалось редко. Но тут я отчетливо услышала легкие, но твердые шаги и шелест шелкового платья. Изабелла, наша набожная святоша. И дает же Господь такую внешность тем, кому она вовсе без надобности, каким-то библиотечным мышам! Две белые косы уложены петлями вдоль щек, третья - двойной восьмёркой на затылке. Поверх платья - короткая светлая накидка, расшитая серебром и отороченная мехом северной лисы. Пожалуй, во всем Компьене только она была красивее меня.
Пришлось встать и поклониться.
- Так ты здесь, Беренгария, - сказала она. Сказала без улыбки, но и без неприязни, просто произнесла вслух то, что видела. - Хорошо, что я тебя встретила.
- Я всегда к услугам вашего высочества, - кротким голосом ответила я.
- Тебе ведомо, Беренгария, - продолжала она тем же бесстрастным тоном, - как строго у нас при дворе соблюдается этикет, заведенный еще при Карле Великом. Особенно в части титулов и званий! Есть правила, которые нарушать нельзя. А потому я вынуждена сказать, что у тебя нет права именоваться баронессой Верринской, ибо этот титул принадлежит госпоже Гисле, твоей матери.
Тут она была права, я действительно для пущей важности иногда представлялась баронессой. Раньше никто не пенял мне этим, но теперь все изменилось.
- Очень надеюсь, что баронесса хотя бы немного оправилась от горя и находится в добром здравии, - продолжала Изабелла. - Но мы уже давно не получали известий из Веррина! Что, если госпожа Гисла нуждается в помощи? Я думаю, тебе надо поехать домой. И как можно скорее, Беренгария!
Меня поразили не столько ее слова, сколько тон. Вот уж не ожидала, что застенчивая Изабо может разговаривать столь уверенно и властно.
Спорить в моем положении было глупо и опасно. Но нужно же было что-то ответить, дабы соблюсти приличия. Я принялась заверять ее, что незамедлительно отправлюсь к моей дорогой матушке.
Она не дослушала.
- Хорошо, что ты быстро все поняла, Беренгария. Завтра же уберешься вон.