Они обнялись и некоторое время сидели молча.
Потом речь зашла о подготовке к свадьбе и последних дворцовых новостях.
— Думаю, после свадьбы Изабеллы и Готье мы отпразднуем ещё одну, — сказала королева. — Авель весь светится счастьем, появляясь всюду в обществе госпожи Ирмины.
— Вот и хорошо. Буду рад, если он наконец женится на молодой и красивой женщине.
Азарика вздохнула.
Ее муж так и не смог побороть свое предубеждение к покойной Берте. Во-первых, она долгое время служила императрице Рикарде. Во-вторых, хоть она и предупредила когда-то о заговоре, и королевская чета была благодарна ей, но Эду не нравилось, что Берта, по его мнению, хитростью женила на себе наивного и слишком молодого для нее Горнульфа.
Что ж, как бы там не было, если Авель готов к новому браку, да будет так!
День бракосочетания Изабеллы и Готье выдался воистину великолепным.
Была уже середина ноября, когда лишь считанные дни отделяют осень от зимы. Время золотых листопадов прошло, сменилось серой краской холодных дождей и туманов.
Но этот день, как по волшебству, был солнечным и словно хрустальным в своем холодном безветрии.
Дворцовая капелла могла вместить не более двухсот человек, а те, кому места не хватило, ожидали выхода новобрачных во дворе. Всего собралось около тысячи знатных гостей, не считая свиты каждого из них. Наиболее высокопоставленные были размещены в гостевых покоях дворца, остальные — в городе, на постоялых дворах и в домах горожан, и даже за городскими стенами, где, несмотря на холод, все пестрило раскинутыми шатрами и палатками.
Архиепископ Констанций совершил обряд венчания в той самой капелле, где четверть века назад соединились в священном браке король и королева.
Как и тогда, слепил глаза блеск золота, драгоценных камней и дорогих одежд.
Солнце струилось сквозь стрельчатые окна с яркими венецианскими стеклами, отбрасывая на мраморные плиты пола зыбкий отсвет. Свечи на алтаре мерцали золотыми огоньками.
Изабелла была восхитительна в своем лазуревом наряде, с золотым, украшенным сапфирами и жемчугами венцом на белокурой головке.
Темно-рыжие волосы Готье поддерживались великолепным обручем, украшенным крупными гранатами, похожими цветом на капли медвежьей крови. Длинная, ниже колен, туника жениха из зеленой с золотом парчи была перехвачена в талии тяжелым чеканным поясом. Вокруг шеи лежала массивная цепь червонного золота.
Но самое главное, что заметили все и что значило несоизмеримо больше, нежели все жемчуга и алмазы на свете — это была любовь, что светилась в глазах жениха и невесты.
Изабелла теперь не походила на разубранную, но несчастную жертву, предназначенную к закланию. С нежной улыбкой смотрела она на Готье, который теперь, когда все препятствия между ними рухнули, выглядел не суровым воином, а молодым, влюбленным и счастливым мужчиной, которому всего 24 года.