Еще вчера, по дороге в обитель, он заметил на реке подернутую тонким слоем льда полынью. Это было то, что нужно. И сейчас, взяв с собой несколько воинов, Тибо повез сюда старую разбойницу.
Ее обвязали вокруг пояса толстой веревкой и подтолкнули к краю полыньи.
— Может, сознаешься без лишних хлопот для нас и мучений — для себя? — сурово проговорил Тибо.- Расскажи без утайки, как оказалась у тебя эта вещь.
Сипуха лишь злобно плюнула ему под ноги.
Она, видимо, была закалена невзгодами и оказалась крепка. Пребывание в ледяной воде не сразу заставило ее сознаться. Но когда Тибо велел опустить ее в прорубь с головой, она по-настоящему испугалась, что будет утоплена и дико, страшно, как зверь, завыла.
Ее тотчас вытащили.
— Говори, — повторил Тибо, держа на расстоянии от нее сухую конскую попону. —
И получишь вот это. Иначе — снова в прорубь!
И Сипуха рассказала о том, как вчера бродяга по имени Филин подкараулил и убил египтянку Сехмет и ее помощника. Свое участие в убийстве Сипуха отрицала. Для чего тогда ходила вместе с убийцей? Да чтобы заполучить этот проклятый браслет! В нем большая сила, уж она-то разбирается в этом!
И сила эта возрастает десятикратно, если взять такую вещь у мертвого колдуна или колдуньи. А уж Сехмет точно была колдуньей, иначе что ей было делать у Каменного стола?
— Видно, и правда в нем есть сила, — сказал Тибо, швыряя ей попону, - если тебя сразу же настигло проклятье! Где все случилось, куда дели трупы? И где этот твой Филин? Быстро!
До дольмена в зимнее время - несколько часов пути. Они то неслись по дороге, то продирались через заснеженные поля, то тащились через лес, где кони увязали в снегу почти по самое брюхо. Несколько раз попадались потонувшие в сугробах деревни и небольшие группы путников, но вот миновали крест Святого Сульпиция и разрушенную римскую виллу, и чем ближе они были к старому капищу, тем безлюднее становилась местность.
Тибо беспокойно оборачивался на Вивиану, ехавшую сразу за ним. Лучше бы, конечно, ей остаться в обители, но упрямая принцесса и слышать об этом не захотела, даже аббатиса не смогла ее уговорить.
Казалось, она не ведала усталости, порой вырывалась вперед и летела в раздуваемом ветром плаще, подобно грозному ангелу возмездия.
Сипуху везли позади отряда, с крепко связанными под брюхом лошади ногами.
Зимний день короток, и дольмен они увидели, когда на лес уже спускались сумерки.
Летом его можно было бы не заметить за плотной листвой вековых дубов, окружавших круглую поляну. Но сейчас гигантские каменные плиты были хорошо видны сквозь черные нагие ветви.
Дольмен представлял собою конструкцию, действительно похожую на примитивный стол - две ушедшие глубоко в землю от времени и собственной тяжести, выщербленные ветрами плиты-опоры, и третья - поистине гигантская, уложенная на них.
- Ну, показывай! - приказал Тибо старухе.
- Что тут показывать? - зло скривилась она. - Обглоданные волками кости и сами можете найти.
- Дайте факел! - приказала принцесса, соскакивая с коня.
- Ваше высочество, - остановил ее телохранитель. - Молю вас подождать здесь...
Но Вивиана уже шагнула вперед.
И в этот день, и всю предыдущую ночь шел снег. Он скрыл следы крови, но Вивиана сразу увидела обглоданные волками кости животного, по-видимому, мула. Они лежали между грубыми колоннами, как раз под верхней плитой, и потому снег припорошил их не сильно.
В нескольких шагах валялась опрокинутая клетка с окоченевшими от холода голубями.
Если Вивиана еще надеялась на какое-то чудо, то сейчас поняла: здесь не могло быть живых.
Ветер донес отдаленный волчий вой, и жутким эхом ему ответил хриплый смех Сипухи.
- Ищите, ищите, - проговорила она, отдышавшись. - Не все же досталось волкам, может, хоть косточка отыщется!
Словно подтверждая ее слова, раздался крик одного из воинов. Все бросились к нему. Тибо пытался удержать принцессу, но было поздно. Она видела все. Рванулась в сторону, сама не осознавая, куда бежит, но через несколько шагов упала на колени, и жуткий, мучительный спазм вывернул ее буквально наизнанку.
Потом ее куда-то несли, и смутно, как во сне, она слышала голоса:
- Негоже оставлять мертвых не погребенными!
- Надо бы их отпеть!
- А они разве христианами были?
- В трех лье отсюда есть большая усадьба, придется заночевать там.
- Да, это безопаснее для ее высочества, чем возвращаться среди ночи в обитель.