- Кто, старуха? - переспросил Винифрид, передавая ему флягу с вином - немного согреться.
- Ну да. Если она местная, должна была знать, что деревни здесь нет.
- А ведь аббатиса говорила про какую-то гадкую старуху, которую поймали с браслетом египтянки!
- Но тогда... как она убежала? Не убила же она их всех - Тибо, воинов... Вив!
- Нет, она с ними не справилась бы. Может, это и не та бабка. Просто что-то подумалось...
- Но ведь зачем-то ей было нужно, чтобы мы сбились с пути! Думаю, нас-то уж точно она хотела извести. Ладно же, встречу - получит сполна за свою ложь!
Принц скрипнул зубами от гнева.
- Рауль, но ведь мы же нашли убежище на эту ночь! Хоть и плохое, но все же нас не занесет снегом, и не нападут волки. У ее высочества хорошая охрана, они наверняка тоже нашли, где переждать ненастье.
- В тот момент, когда так и окажется, друг мой, я успокоюсь и возблагодарю Бога. Но сейчас... не могу!
Винифрид ничего не ответил, но тревожное предчувствие мучило и его. Помимо воли он думал о странной и зловещей старухе и не мог себе представить, куда она делась после того, как направила их по ложному пути. Где-то неподалеку есть жилье, и она укрылась там? И Рауль прав - для чего-то ведь ей понадобилось обманывать их!
— Чтоб вам всем околеть! — злобно шипела старуха вслед отряду принца. — Скачите поскорее на свою погибель!
Они уже далеко отъехали и не могли слышать ее среди завываний ветра, с которыми переплетался отдаленный хор волков.
Старуха погрозила клюкой вслед воинам. Теперь ей тоже нельзя было медлить.
Волки в эти ненастные зимние дни сбились в большие стаи, и одинокому путнику даже днем было опасно ходить через лес.
Но к Сипухе, похоже, вернулось везение. Колдовские заклинания помогли или что еще, но ей, одной из немногих, удалось спастись, когда в усадьбе Турольда оказались чумные, а потом заполыхал пожар.
Хитрая старуха так жалобно выла и молила о помощи, тряся решетку подвального оконца, что один из слуг сжалился над нею и выпустил.
Вслед со всеми она кинулась к тайному ходу...
Серые хищники давно могли растащить косточки Сипухи, если бы она вовремя не укрылась в землянке местного отшельника.
Много раз уже она исходила вдоль и поперек эти места, летом безошибочно огибала топкие болота и опасные овраги, где гнездились гадюки, да и зимой без особого труда могла найти место для ночлега.
Например, монах-отшельник, поселившийся здесь несколько лет назад, не отказал бы в пристанище одинокой путнице, которая по дряхлости отстала от других нищих. Именно эту историю Сипуха уже рассказывала ему однажды, просясь на ночлег.
Она проделывала такое и в других местах, после чего дома, где она ночевала, оказывались обворованными. Но здесь, в этой убогой землянке, нечего было взять.
Отшельник приспособил для сна деревянный настил, накрытый вытертым почти до дыр одеялом из козьих шкур. Кроме этого бедного ложа, в землянке имелся открытый очаг, грубо сколоченный табурет и стол, на котором старая разбойница нашла бутыль из выдолбленной тыквы, сухари и немного крупы в мешочке.
Летом отшельнику для пропитания было достаточно орехов, диких яблок и ягод, добывал немного дикого меда, да еще крестьяне в благодарность за исцеление или просто по доброте душевной приносили ему что-нибудь. Благодаря этим скромным запасам он переживал зиму.
Сам в селения ходил редко, только при крайней необходимости.
Видимо, сейчас она настала, и отшельник перебрался на время к кому-то из местных. А может, и в лесу сгинул, кто его знает!
Но так уж издавна повелось, что святые отшельники давали приют и делились скудными припасами с путниками, которых настигло ненастье или внезапная хворь.
Поэтому, уходя куда-нибудь, отшельник оставлял на столе съестное.
Сейчас здесь оказалось даже вино. Хоть и ужасно кислое, оно помогло согреться.
Сипуха развела огонь в очаге, со злорадством думая о том, как увязнут в снегу всадники и станут легкой добычей для волков. А может, просто замерзнут насмерть вместе с лошадьми, так и не пробившись ни к какому жилью.
А вот она останется жива, переждет здесь непогоду, в кармане есть деньги, что дали эти дураки, да потом еще и Крокодавл заплатит, ведь его поручение она выполнила. Правда, понесла и убытки. Браслет отняли, да еще и чуть не заморозили в проруби.
Надо поскорее пробираться в Париж, Крокодавл наверняка уже там. Может быть, Филин успеет доложить ему раньше, что дело сделано, но уж тогда постарается урвать себе побольше.