Управитель Ортенсио, кланяясь, доложил, что в замке все по-прежнему, счета и расходные книги в полном порядке, а все работы ведутся исправно.
Вот только вчера прибыл человек, с виду похожий на ученого нотария, у него какое-то дело к сеньору.
- Кто же он? – спросил Мартин.
- Он назвался именем Пабло, мой господин, и уверял, что вы его непременно вспомните. Узнав, что вы отсутствуете, он остановился в деревне при замке, чтобы подождать вас.
Незнакомец и впрямь оказался тем самым Пабло, что служил личным помощником и секретарем графа Арана.
Мартин был рад увидеться с ним, но, как оказалось, новости у Пабло были невеселые.
Его господин умер всего лишь через месяц после того, как получил почетную отставку. Просто заснул и не проснулся, и теперь покоится в родовой усыпальнице.
Пабло он оставил по завещанию неплохую сумму, которая позволила бы сделать вклад в каком-нибудь уважаемом монастыре и удалиться от мира, или же поселиться в надежно укрепленном городе, подальше от мавров…
- Но жизнь в тихой гавани меня пока не влечет, - сказал Пабло. – И я дерзнул приехать, ваша милость, и предложить свою службу. Как воин я, конечно, мало гожусь, но кроме меча, я могу оберегать вас по-другому. Мои знания и опыт могли бы послужить вам!
Возможно, были у Пабло и другие причины искать службы подальше от людей короля, но пока он умолчал о них, а Мартин и не спрашивал.
- Вы можете остаться здесь, Пабло, - сказал он. – Мне всегда нужны образованные, а главное, верные люди.
Не безоблачно прошли рождественские праздники и для братьев из Брагансы.
Оба они, как уже упоминалось, были хитры, но при этом епископ Антоний
был умнее своего брата.
В королевском дворце он всегда безошибочно улавливал многие веяния, а чего уловить не мог, о том ему доносили подкупленные слуги и придворные невысокого ранга, вечно нуждающиеся в деньгах.
- Ты глупец, дорогой брат! – сказал он в один из дней, предварительно выставив за дверь всех слуг.
Они находились в покоях графа Джулиано.
- Да, глупец!
Епископ заглянул на всякий случай в гардеробную брата и, удостоверившись, что там никого нет, продолжал:
- Я давно говорил, что тебе нужно заранее удалить из дома, да и вообще из поместья всех шлюх! Кого возможно, снабдить приданым и выдать замуж. Остальных – в монастырь или куда угодно, но подальше!
- К чему спешка? – удивился Джулиано. – Здесь-то ни одной из них нет…
- Там тоже не должно быть! Ты собирался изгнать их за день до того, как привезешь законную жену?
- Ну… не за один день, конечно, но и не за год же! Может, ты объяснишь, что случилось?
- Случилось то, что ты вознамерился жениться на родственнице короля! Думаешь, другие претенденты не захотят использовать против тебя такой козырь, как любовницы и бастарды, живущие в твоем замке? Да все это при желании можно преподнести так… ну, так же, как мы с тобой недавно преподнесли поведение нашего дорогого Мартина во Франции! И примерно так же для тебя все и закончится!
Лицо Джулиано стало пепельно-белым.
- Ты узнал… о каком-то заговоре против нас? – спросил он со страхом.
- Заговора пока нет, но, сам знаешь, это при дворе делается быстро. Точно скажу одно: обо всем, и в том числе о девице Онеке, которая была твоей подопечной, а теперь вот-вот должна родить, известно королеве. Ее, конечно, мало волнует, что ты в своих владениях кого-то похитил и соблазнил, но, если твои похождения нужно будет использовать против тебя и в интересах кого-то иного, ее величество так и поступит. Ее влияние на короля достаточно велико, чтобы убедить его отдать руку Ампаро кому-нибудь из могущественного рода Амайя, глава которого – брат королевы. Тем самым она усилит их род, а мы не получим ничего! Вот что должно сейчас тебя волновать, а не все это…
Епископ обвиняющим перстом указал на ларец с богатой резьбой и золотыми инкрустациями, из которого его брат только что вынул две фибулы. Одна была украшена крупным сверкающим алмазом, другая – россыпью изумрудов.
- Должен же я явиться перед доньей Ампаро в надлежащем виде! – возразил Джулиано.
- Этим ее не удивишь, - отмахнулся епископ Антоний. - Отправь сегодня же верных людей в Брагансу! Вот письмо, которое я подготовил, поставь свою печать. Пусть передадут в собственные руки управителю! Пусть сразу же очистит замок от всех. Завтра может быть уже поздно! А решив это дело сейчас, ты сможешь смело, а главное – правдиво отмести любые обвинения.