Джулиано ненадолго задумался.
Отодвинул оконный ставень и стоял у окна, рассматривая на свету оба украшения.
- В конце концов, что я теряю? – проговорил он наконец, вновь затворяя окно.
- Конечно, ничего. А получить можешь очень много!
Граф Джулиано и сам знал, какие интриги и даже жестокие битвы случались еще недавно на землях Каролингов, чтобы заполучить невесту королевской крови.
А здесь, в королевстве Леон, пожалуй даже потруднее, ведь сейчас из королевской родни есть только одна девица подходящего возраста, и это Ампаро.
- Поставь печать! – напомнил епископ.
Мелькнуло в памяти лицо юной Онеки, которая все-таки была ему не безразлична.
Но мелькнуло только на миг, ибо что такое дочь полунищего идальго в сравнении с доньей Ампаро?
Да он и не оставит Онеку без приданого, а значит, муж найдется!
Джулиано приложил свой перстень и махнул рукой.
Епископ быстро вышел.
Граф остановил выбор на алмазной броши, а вторую убрал в ларец.
Нападение на охотничий дом
“Все важные для обороны точки нужно знать и беречь, как зеницу ока! – звучал в ушах голос отца. – А если нет возможности уберечь, то не дать ими воспользоваться врагу. Уничтожить, если надо!”
Вивиана сунула топор за пояс и позвала:
- Идем же, Гоберта!
Вив уже знала, где погреб, и понеслась вперед, освещая путь масляной лампой.
- Вот здесь, моя госпожа, - Гоберта догнала принцессу уже в погребе. – Смотрите.
Служанка разбросала солому и показала закрытое простой деревянной дверцей квадратное отверстие.
Чтобы открыть его, надо только потянуть за специальное кольцо. Тогда можно попасть в потайной ход и по подземному коридору добраться до леса.
Видимо, туда долгое время никто не спускался, между досками и по краям дверцы въевшаяся пыль успела стать черной.
Вив огляделась.
И в эту минуту услышала шаги. Они гулко отдавались под полом и становились все слышнее!
Гоберта зажала себе рот ладонью, чтобы не закричать.
- Нужен ящик или короб потяжелее! – эта мысль одновременно пришла обеим.
Большой деревянный ларь с какими-то припасами стоял в нескольких шагах.
Он был неимоверно тяжел, плохо отесанные доски оставляли в ладонях занозы, но сейчас главное было – взгромоздить эту адскую тяжесть прямо поверх дверцы, иначе…
Бух!
Кто-то толкнул дверцу снизу.
Она чуть скрипнула и поддалась, через щель мелькнул шлем на чьей-то голове и горящие лютой злобой глаза.
- Скорее!!!
Вив крикнула это в полный голос. Таиться не было смысла, а ее крик на мгновение привел в растерянность непрошенного гостя.
- Чего встал??? – гаркнули снизу. – Давай!
Шедший первым быстро пришел в себя и усилил натиск. Но упущенная им доля секунды сыграла против убийц.
Вив и Гоберта со своей стороны успели поставить тяжеленный ящик прямо на дверцу.
Снизу раздались проклятья и звук ударов.
Потом, судя по звукам, кто-то попытался пробить дверцу кинжалом, но в этом не было никакого толку.
Узкий подземный коридор не позволял напавшим подобраться к входу вдвоем, чтобы общими усилиями проломить или разрубить секирами доску.
Женщины слышали, как те бесновались, оказавшись так близко от своих жертв и не имея возможности до них добраться.
- Руби топором! – хрипло орал кто-то, перемежая слова мерзкой бранью. – Они придвинули ящик, надо только изрубить доску…
Подонок говорил верно.
Тогда ящик провалится вниз и проход для злодеев будет открыт!
Приходилось бежать.
Но прежде Вив схватила бутыль с маслом и щедро полила весь пол, и осталось еще достаточно, чтобы вылить на лестницу.
- Запрем их здесь еще на засов! – говорила на бегу Гоберта. – Хоть и быстро выломают, но все же…
- Почему так долго? – твердил Гинкмар.
Ему казалось, что губы схвачены морозом и с трудом произносят слова. Или их так сковал страх?
С той минуты, как Хравн и двое его помощников оставили Гинкмара и Адель в лесу, а сами скрылись в подземном коридоре, прошло не больше четверти часа.
Но Гинкмар знал, что проход не длинен, и все должно было уже закончиться.
Почему же так долго… и так тихо? Неужели никто не сопротивлялся?
Хравну удалось застать врасплох…
Тут ему пришлось, пусть и мысленно, произнести имя Гоберты, на убийство которой он, как не крути, дал свое согласие.
- Да забудь ты про нее! – так посоветовал Хравн по дороге сюда. – Ее нельзя прощать. Она же, образина лесная, неверна тебе была! С каким-то мужиком спуталась и жила с ним в твоем доме. И такую… тебе жалко? Нет уж. Мы прикончим обоих прелюбодеев, а ты останешься с дамой до нашего возвращения.