Несколько раз соглядатаи, прочесывая город, появлялись и около храма Алодии и Нунилы, но тоже тщетно. На стоявших поблизости или выходивших из храма мужчин и вовсе не обращали внимания. Не стал исключением и Пабло, неторопливо прохаживавшийся поблизости. Как только все прихожане покинули храм после мессы, он погулял еще немного и тоже ушел.
- Может быть, сеньор, что та девушка, которую ищет его преосвященство епископ Антоний, не так проста, как хотела показаться, - говорил он немного позже, оставшись наедине с хозяином. - Она хотела направить по ложному следу всех, кто мог следить или просто запомнить ее!
- Так ты ее знаешь? – удивился Мартин.
- Я видел ее впервые, сеньор, но столь поздний и неожиданный визит приора Ильдефонсо, который давно служит епископу Браганскому и многим ему обязан, заставил меня задуматься. Тем более, что покойный граф Ордоньо, да пребудет его душа в раю, собрал кое-какие сведения о братьях из Брагансы, ибо не доверял им обоим. Он предпочитал знать как можно больше о тех, кто мог быть опасен.
- Большие знания множат наши печали, - сказал Мартин, - и, однако же, я бы продолжил: но и делают нас сильнее. И какая же связь между епископом и девицей, которую он разыскивает?
- Связь скорее между графом Джулиано и ею. По возрасту и описанию девушка похожа на подопечную графа, дочь обнищавшего старого идальго. Если это так, то ее имя Онека, и недавно она родила бастарда дону Джулиано. О ней говорят как о дикарке, живущей только страстями, не получившей почти никакого воспитания. Она носилась по лесам и горным тропам, предоставленная самой себе, пока не попалась на глаза Джулиано. Он не смог спокойно проехать мимо красивой девушки, тем более, что все происходило в его владениях, а ее отец был тяжело болен. Говорят, их дом больше напоминает сарай, в котором нет дымоходов, стены вот-вот рухнут от ветхости, а полуголодные слуги разбежались. Под предлогом того, что девица нуждается в опеке и защите, граф забрал ее к себе.
- Забрал добровольно или заставил? – спросил Мартин.
- Добровольно, и девицу устраивало ее положение, ведь она влюблена в дона Джулиано. Однако теперь, когда он надеется получить согласие на брак с родственницей короля, приказал подыскать Онеке жениха. После этого, как мне удалось узнать, она исчезла.
- Но, если это действительно та девушка, зачем ей прятаться в городе?
- Об этом я и думаю. Если сразу не бросилась к своему любовнику, наверно, выжидает время, чтобы отомстить ему за неверность.
- Вряд ли она сможет что-то сделать графу.
- Силой – нет, но женщины умеют действовать хитростью.
- Ну, если так, - рассмеялся Мартин, - то епископ Антоний имеет с ними много общего! А Джулиано, хоть и не так хитер, но во всем слушается брата. Хорошо, что ты рассказал мне это, все может пригодиться!
Точно так же, как несколько месяцев назад, и как всегда в этом месте, звук шагов гулко отдавался в замощенном булыжником внутреннем дворе храма.
Холодный мартовский ветер ярился, гнал куда-то на север громады облаков.
Обычно, прохаживаясь по крытой галерее, обрамлявшей внутренний дворик, священнослужители и монахи предавались благочестивым рассуждениям. Но теперь холод препятствовал долгим прогулкам, и донья Ампаро, спустившись с галереи, оказалась одна в маленьком садике.
Впервые с того дня, когда в последний раз говорила с Мартином, она смогла прийти сюда.
О нет, никто не запрещал кузине короля покидать дворец для посещения храма, но Ампаро в последнее время предпочитала молиться в дворцовой часовне.
Однако теперь она с каждым днем все более чувствовала гнетущую тяжесть, которая подстерегала, не давала свободно дышать в изукрашенных мозаикой и бархатными драпировками залах и нескончаемых коридорах великолепного дворца. Он был построен в стиле, который когда-то облюбовали для себя вестготские короли - подражание позднему Риму, но с заметным налетом варварской роскоши и смешением стилей разных эпох и народов: с одной стороны, чисто римские сводчатые сооружения, с другой - конструкции из тесаного камня и большим количеством плоских перекрытий, свойственных манере греческих мастеров.
В таком месте, несмотря на множество залов, покоев и портиков, трудно оставаться наедине со своими мыслями. Каждый шаг ловят десятки глаз, в каждое слово кто-то вслушивается, выискивая скрытое значение… В любой момент может появиться лицемерный дон Джулиано. Да и внимание королевы, все чаще приглашавшей Ампаро к себе в покои скоротать время, таило определенный смысл.