- Лавкрит, отрави... - Из его груди вырвались сотни изумрудных игл, вонзившихся в тело девушки. Она рухнула на землю, извиваясь от невыносимой боли.
- Ишара... на тебе защита этих двоих... - приказа Сай.
- СА... - крик Кальвина оборвался, когда нечто вроде отливающих розовым светом мыльных пузырей накрыло его и Гвен. Кальвин был способен слышать и видеть все, что происходило за его пределами, но не мог вмешиваться в происходящее. В соседнем пузыре Гвен яростно сорвала с шеи удавку и выдернула кинжалы. Взгляд ее был диким, словно она не понимала с какой стороны ждать опасности. Но при виде него он потеплел.
- Сай Валентайн! - Крис отступил на шаг, поднимая руку. - Я убью тебя!! - закричал он, рой бабочек сорвался с его пальцев по направлению к медленно приближающемуся Саю. Он все еще шел, не отрывая взгляда от своей цели, и казалось, взгляд его был способен сжечь дотла все, что он видит, как будто сама его воля стала оружием. А в следующий миг что-то произошло, что-то изменилось. Только Кальвин не мог понять, как.
Он видел Сая, сжимающего шею Криса одной рукой, а второй он держал... Кальвин не мог различить точно, похоже на линии бифуркации, но, в отличие от тех, которые он видел у людей, те, что входили и выходили из тела Криса, выглядели живыми. Они извивались и танцевали, меняя свою окраску и интенсивность. И весь этот пучок Сай сжимал в ладони.
- Что ты хочешь с этим сделать? - спросил Крис. В его голосе не было ни боли, ни вызова, просто констатация факта. Однако радужная аура вокруг Криса - теперь она мерцала нестабильно, и это мерцание наводило ужас на Кальвина. И еще... что-то странное происходило вокруг. Кальвин оглянулся, он посмотрел вверх, опустил взгляд вниз и затем снова нашел фигуры Криса и Сая.
Вот оно что! Барьер! Конечно, он никуда не исчез, все так же окружая все это место, однако теперь на его поверхности появилось нечто новое. Что-то словно просачивалось снаружи, медленно, незаметно, неуловимо, серебристое, серебристые, серебряные... - мысли Кальвина путались, когда он пытался описать, что видит. Корни? Или, скорее, побеги растения, закручиваясь по спирали, оплетали купол, начиная с низа, и ползли к его вершине. И эти растения не были частью тех цветов, что создал Микалика. Неожиданно, Кальвин ощутил непонятную усталость. Ему показалось, что он попал в какую-то странную временную дыру, где вся эта сцена вынуждена была повторяться вечно. Сай, сжимающий горло Криса, и Крис, стоящий перед ним на коленях. Ничего не менялось, как и их диалог, который он слышал уже много раз.
- Что ты собираешься делать со мной?
- Я убью тебя.
- Ты не можешь.
- Да, не могу, но я убью твое тело и заберу силу Фрактала себе.
- Ничего не выйдет, по условиям договора, как только я умру, вторая половина Фрактала перейдет ко мне после смерти.
'Сай, что ты делаешь там? Сай...' - вновь зевнул. Думать не хотелось, совсем. Ничего не менялось, вот только эти лианы, уже почти оплели купол. А на самой его вершине один отросток протиснулся внутрь. Едва попав внутрь, он превратился в сухую ветвь, тут же рассыпавшуюся в пыль. Но следом за ней в расширяющееся отверстие тут же проскользнули еще три. И хотя их постигла та же участь, на их место тут же пришло еще больше. Медленно, но верно они все же опускались.
Кальвин понял, что такого странного было во всем этом - это действительно был замкнутый круг, созданный лишь с оной целью - отвлечь внимание от того, что стремилось проникнуть под купол. Потому что, осыпаясь и крошась, одна из ветвей все же достигла земли.
- Довольно глупостей. Заберешь силу Фрактала себе? Это уже жадность, мой сын...- сказала ветвь.
Сон как рукой сняло. Морок рассеялся, Сай и Крис вздрогнули. Гвен отшатнулась с яростью на лице. И только тошнота никуда не ушла. Не хватало воздуха, словно эти лианы снаружи душили не купол, а его самого. Человек появился под куполом. Тот, кто освободил его от того цветочного колеса и кто назвал себя Люсьеном Энн. Он был отцом Криса и Алии. Рыжеватые волосы, зеленые глаза, все время пытающиеся изменить цвет на золотой, мягкая лукавая улыбка. Как и в случае с Крисом, его тело было оболочкой для чего-то большего. Внутри он не был человеком. И он назвал Сая сыном? Значит ли это, что они с Крисом братья? Повернувшись к Люсьену, Сай опустил руку и отпустил Криса, будто потеряв к нему всякий интерес. Крис медленно поднялся.
'Кальвин.... Я боюсь его...'
Это был голос Микалики. 'Я боюсь его, боюсь, боюсь, боюсь...'
Наполненный ужасом голос метался в голове Кальвина, смешиваясь с его собственными чувствами, и возвращался, многократно усиливаясь.