- Да-да, вы не ослышались. Потому что, Во-вторых, я была у лучшего из врачей и рассказала про ваше чертово плечо. Лионкур предположил, оно не заживает, потому что в нем остался незаметный осколок. И поскольку вы упорно противитесь обращаться к адептам, я вытащу его сама. Ничего сложного. Вы же не против?
- Вы оканчивали врачевальные курсы? - поинтересовался Фрост.
- Да. Конечно, - честно соврала Ника.
- Ваше желание мне помочь, означает ли оно, что вы мне верите?- уточнил маджикай, стаскивая с себя рубашку.
Ника изумленно дернула плечами - она думала, Фрост будет сопротивляться дольше или же вообще не захочет доверять ей раненное плечо.
- Я поверила, что вы ничего не помните, а не в вашу невиновность. И у меня появилось желание докопаться до правды, - девушка внимательно посмотрела на маджикайя, - Батюшки, какой вы тщедушный, - сказала она, поднимаясь со стула. - Вам надо лучше питаться.
Грегори Фрост улыбнулся.
- Из ваших уст, Верис, это звучит как беспокойство.
- Я беспокоюсь лишь за то, чтобы вы не умерли от истощения до того, как вам вынесут приговор, - ответила Ника, намыливая руки.
- Вас допустили как свидетеля? - вдумчиво спросил маджикай.
Агент Верис подставила ладони под кран с теплой водой и прежде чем ответить, тщательно смыла с рук грязную пену.
- Нет, - сказала она.
Ника ожидала, что прочитав ее медицинскую карту, никто из прокуроров даже не подумает использовать ее показания. Девушка осталась один на один со своими воспоминаниями и воскресшим персонажем этих кошмаров. Она подошла к столу и, опустив в баночку с мазью указательный палец, словно в сопливою неожиданность непутевого младенца, предупредила:
- Будет больно. Я полагаю.
- Потерплю, - произнес Фрост внимательно следивший за каждым движением агента службы охраны. - Почему вы до сих пор обвиняете меня?
- Потому что больше некого, - ответила Ника строго. - А свою невиновность вы не доказали.
- Я это сделаю, когда...
- Заткнитесь. А я займусь вашим плечом.
Ника смазала рану вязкой мазью, на мгновение брезгливо отдернула руку, испачкав пальцы в проступившей крови своего подопечного. Делая вид, что ей безразлична помощь человеку, которого пару дней назад она люто ненавидела, Верис спросила:
- Вы помните моего отца?
- Мне дозволено говорить?
- Не ерничайте.
Маджикай ответил:
- Я помню вашего отца. Но до того как он решил стать пешкой вселенского зла.
- Говорят, вы были его правой рукой.
Фрост повел бровью и сказал:
- Мне же помнится, я был ему другом.
Ника поднесла к ране выгнутый по форме скобы прибор для извлечения осколка, включила его. Раздался еле уловимый писк и сиреневое магнитное излучение осветило плечо Фроста. Найденный прибором небольшой обломок хрустального клинка накалился и, разрывая наполовину зарубцованные ткани, показался из раны. Мужчина оскалился, но крепко сжав край рубашки в руке, не произнес и звука.
Ника осторожно извлекла осколок, затем положив его в стеклянную колбу, спросила:
- А почему вы не захотели обращаться к врачам?
- Сейчас я им не доверяю.
- Но Лионкур вас уже осматривал.
- Ему в особенности. Тогда мне пришлось, Масса настоял на осмотре. А он умеет убеждать.
- Это точно, - согласилась Ника, достала из сумки пластырь, взяла бинты.
Понятия не имея, как правильно накладывать повязку девушка начала импровизировать.
- А мне значит, доверяете? - хитро спросила она.
- По крайней мере, больше чем кому-либо.
- Но я ведь не просто так с вами вожусь, - сказала Ника, накладывая на плечо подопечного неказистую повязку. - Мне нужна ваша помощь.
- Я не ослышался? Помощь?
- Мне и самой не нравится эта формулировка, - криво улыбнулась Верис, рассматривая свое произведение врачевального искусства.
Фрост заинтересованно посмотрел на девушку, упорно избегавшую его взгляда.
- И что вам от меня нужно? - тихо спросил он.
- Тогда в Рубикунда, вы смогли обойти блокаторы и переместились. Как?
- Я использую порт-октаграммы.
- А с помощью подобной возможно переместиться из здания суда или дома покаяния, например?
Фрост ничего не ответил, он подождал, пока Ника завяжет из бинтов нелепый бант и накинул рубашку. Девушка сложила дугообразный прибор, колбу с хрустальным осколком обратно в сумку и, негодуя, спросила:
- Так возможно переместиться или нет? Почему вы молчите?
Фрост сдвинул тяжелый браслет на левом запястье и поинтересовался:
- Для чего вам это? Пытаетесь выяснить смогу ли я сбежать из зала суда, и на этот раз избежать смертной казни?
- Нет. Я об этом и не... - Ника не договорила. Она задумалась и через мгновение ее лицо просияло. Агент Верис вообще любила собственными силами доходить до скрытых истин:
- Так вот как вы спаслись. Вот почему Масса и дядя Гевин не смогли вас убить. Вы просто переместились в тот самый момент, когда они сотворили заклинание. Вы не просто сбежали. Вы все подстроили так, чтобы остальные думали, что вы сдохли?
Фрост поднялся со стула, застегивая рубашку, подошел к окну. Можжевельник во дворе мирно покачивался на ветру. Грегори подумал, что сейчас, когда на его руках находились блокирующие перемещения кандалы, выпутаться из сложившейся ситуации в одиночку у него не получится. Выбрать же в союзники эмоционально-неустойчивую особу казалось крайне глупым. Но маджикай понимал, сторонника порядочнее агента Верис ему не найти. В конце концов, череда непростительных ошибок всегда заканчивается запятой. Он сказал:
- Я не помню об этом намерении. Но да, при помощи порт-октограммы возможно исчезнуть из зала суда. В том числе в момент казни.
- Мне нужна такая, - запальчиво произнесла Ника.
- Зачем?
- Какая вам разница? Между прочим, это все из-за вас. Это вы тогда открыли портал к эвентуалам.
- Хорошо я помогу вам.
Ника удивленно скривилась:
- Что, так просто?
- Верис, дурные люди тоже совершают хорошие поступки. Правда от этого им не становится так же приятно, как хорошим людям, совершающим поступки плохие. Не так ли?
Сообразив, к чему клонит подопечный, агент Верис сказала:
- Я не собираюсь делать ничего плохого. Как раз наоборот хочу помочь.
- Почему-то мне кажется, если вы кому-то помогаете, это непременно заканчивается бедой. В конечном счете, это не имеет никакого значения, Верис. Я помогу, потому что вы мне нравитесь.
Ника безынициативно кивнула:
- Как мило. А что я вам буду должна за эту симпатию?
Маджикай улыбнулся.
- Дневник Ментора Менандра.
- И почему я не удивлена? Но у меня нет фолианта. Я лишь знаю, где он.
Фрост рассмеялся:
- Нет, нет, Верис, информации о местонахождении дневника для меня мало. Сейчас после официального обвинения я скован в своих действиях. Если вы просите помощи у меня, значит это слишком важно для вас. Думаю и я могу просить у вас то, что важно для меня. Я сделаю все, о чем вы меня просите за фолиант.
В голове Ники мгновенно воздвиглись несокрушимые весы справедливости. Что будет, если девушка задумает вытащить фолиант из-под носа господина Масса? И насколько чреватым станет этот поступок? А стоит ли ей вообще делать что-либо за спиной начальника?
Ника поинтересовалась:
- Что такого в этом чертовом дневнике?
- Я хочу взглянуть в отражение истины, а в дневнике описано, как найти сотворенное Ментором Менандром зеркало правды. Поскольку я не верю, что был способен на все те злодеяния, в которых меня обвиняют, мне важно знать то, чего не помню. Если это вообще было со мной.
Ника подумала, что может обмануть Фроста, по понятным причинам не выполняя свою часть уговора.
- Хорошо, - согласилась она, стараясь не фальшивить любезным тоном. - Но сначала вы сделаете мне октаграмму для тролля.
- Тролля? - спросил Фрост, любопытно подняв брови.
- Да. Его завтра казнят.
- Тогда боюсь я не смогу вам помочь, - сказал маджикай с сожалением.
- Что? Почему?